— Теперь знаю, — ответила Аланта. — В этом виноват мой отец. Стремясь увеличить резерв своей магии, он изобрел прибор, способный помочь ему. Но просчитался. Хорас не учел двух вещей. Он не знал, что его изобретение так пагубно повлияет на магический фон мира, и не думал, что господина предадут его же вассалы.

— Где сейчас этот прибор? — волнение очень чувствовалось в голосе лорда дарк Феликайта.

— Незадолго до своей смерти отец отыскал меня, рассказал об изобретении и опробовал его действие на мне. Кроме того, что потенциал моей воды значительно увеличился, мне стала доступна и стихия льда. Но вскоре отца нашли убитым, а прибор исчез.

— Ты не догадываешься, кто имеет отношение к его исчезновению?

— Хорас рассказал, что о приборе знал лишь он, и два его помощника — человека. Еще знала я. Но я его не брала, а люди… Они пропали вместе с изобретением отца. Именно с того момента среди людей стали появляться маги. Причем их дар становился наследным и передавался из поколения в поколение. Учитывая короткий срок человеческой жизни, за все эти годы у людей появилось немало магов. Думаю, они и сейчас владеют прибором Хораса.

— Почему ты не поставила в известность Совет? Мы обязаны были знать о существовании такого артефакта! — янтарноглазый заметно волновался.

— Тогда пришлось бы рассказывать обо всем, а это не входило в мои планы.

Руки древнего сами сжались в кулаки. Он глубоко вдохнул и медленно выдохнул, видимо, борясь с желанием придушить дракониху. Я его прекрасно понимала. Впрочем, заговорил мудрейший с ней спокойно.

— Вернемся к разговору о майарах. Что произошло дальше?

— Я следила за тем, как собирается войско против майар. Пара сплетен, несколько ментальных амулетов, и ненависть, вдруг начавшая спадать, вспыхнула с новой силой. Жаль огненные никак не поддавались. Им майары нужны были живыми. Но и тут можно было извлечь выгоду, сыграв на конфликте сторон. Лично мне, война понадобилась для того, чтобы посеять панику на острове Вулканов. Удалось. Вскоре в Асмаале остались лишь майары. Пришло время для мести.

Я знала, что Ноэлла ждет ребенка от демона. Знала, потому что сама долгое время провоцировала мужчину, который никак не мог решиться на похищение. Да, я жаждала отмщения! Хотела, чтобы Атаназ страдал до конца своих дней. Наконец, Кловис дарк Рин выкрал майару, провел обряд и насильно овладел ею. У него хватило ума обрюхатить, но не хватило сил удержать ее. Я никак не ожидала, что Ноэлле удастся вернуться в Асмааль. Утешало то, что она считала себя опороченной и наотрез отказалась видеть ледяного дракона. А дальше хорошую услугу сослужила банальная ревность. Убитый горем дракон вызвал на магический поединок демона. Армия, кипя негодованием и ненавистью, подошла к стенам города майар. И мне лишь оставалось завершить начатое.

В наследство мне достался сундучок с древними артефактами. Проблема состояла в том, что никто не знал об их свойствах. Но и это я смогла выяснить, перекопав множество старинных книг. Воспользовавшись одним из артефактов, сменила внешность, и под видом старой больной женщины проникла в замок. Все маги знают, как настойка из корня огнецвета влияет на тех, чья стихия огонь. Но мало кто знает, что если к настойке добавить всего одну долю сока змееголова, она тут же станет ядом, одна капля которого убьет любого огневика и того, кто с ним тесно связан. Имею в виду вассалов, давших клятву верности на крови. Я добавила немного измененной настойки в питье, которое собирались подать за ужином в Асмаале. Сама же поспешила присоединиться к войску, зная, что яд сделает свое дело, и чтобы по приходу в замок насладиться местью.

— Ты убила всех майар и людей, которые им служили? — сдавленно спросил древний.