А увидел я кучку стрелков выходного дня, увешанных тактикульной снарягой. Никаких женщин тогда не было. Так что я ощущал себя пришедшим в гей-бар. Всюду одинаково наряженные мужики, которые трогают друг друга за подсумочки и нахваливают свои стволы.

Надо будет как-нибудь потом нарядить Пушистика в обтягивающие лосины и заставить пострелять. Хотя бы это гештальт закрою в этой жизни.

— Я все, — доложился Глухарь, закончивший снаряжать патронные ленты и запихивающий крайний короб в подсумок на поясе.

— Тоже, — подтвердил Десант, укладывающий крайнюю ленту в короб на сто патронов. — Ну что, передохнули, перекусили и двигаем?

— Поддерживаю. Дальше на двести пятьдесят и пятьсот еще раз доснарядимся, ну а дальше предлагаю, уже чисто ленты брать, снаряженные, — я согласно кивнул. — Благо души позволяют. Сейчас, вон на две сотни патронов набрали, да гранат.

То, что я целую тысячу откинул демоническому прапорюге, я уточнять не стал. Он и так меня на счетчик поставил, так что я за сегодня должен был ему еще одиннадцать с половиной тысяч отправить, дабы избежать набегания ненужных процентов. У меня же осталось двести десять душ, чисто на всякий случай. Куда делать еще сотня? Стоит спросить у Десанта, который уже с ехидной ухмылкой приматывал к бокам своего ранца две трубы Шмеля. Да не простого, а модернизированного. Дорого, конечно, зато надежно. Каждая шайтан-труба вышла по полтиннику. А все потому, что эта дура весит меньше аналогов, всего по девять кило, но при этом рвет как семь с половиной кило тротила, с большим количеством огнесмеси. Можно было бы, конечно, взять и Рысь, но там по размерам не укладывалось бы, слишком большая труба. Полтора метра против девяносто пяти сантиметров у Шмеля.

А в узких пространствах все-таки лучше применять Шмель. Главное не забыть об этом предупредить остальных, чтобы реактивной струей никого не сдуло. Благо, даже Касия удалось убедить при крике «Выстрел!» падать на землю и максимально вжиматься вниз.

— Странно, — задумчиво произнес Десант, когда мы наконец покинули относительно безопасную комнату и уже прошли метров двести, постепенно спускаясь все ниже и ниже. — Мы уже на ста десяти, а тишина…

— Возможно, всех кто тут был, мы уже перемололи, — предложил я, двигаясь вперед исключительно с активным демоническим глазом. Глухарь и Касий включили подствольные фонари и теперь активно осматривались по сторонам. Поход стал чуть шире, чем до этого, так что мы смогли идти парами не мешая друг другу.

— Не думаю, что всех, — поморщился десантник. — Возможно просто прячутся, гады. Кто ж этих подземников разберет.

— Тоже, верно, — я согласно кивнул и задумчиво хмыкнул. По правой стороне виднелся огромный проем, в который вполне можно было бы пролезть на четвереньках, даже такому как Десант, если он, конечно, скинет рюкзак. — Как думаешь, а их тоннели, сильно сокращают путь?

— Я бы в них не совался, — сразу отверг мое предложение опытный авантюрист. — Это как вьетнамские катакомбы. Какие-то могут действительно вести вниз, а какие-то просто быть запутанной системой лабиринтов, лучше двигаться по центральному маршруту. Все-таки это подземелье.

— А кто этот основной маршрут вырыл? — поинтересовался я. — Не задумывался? Почему один большой тоннель и куча маленьких перемычек? Так, ты как хочешь, а я все же проверю. Потом если что вытащите.

Я аккуратно снял рюкзак и первым делом все-таки закинул в тоннель гранату. Оборонительную Ф-1. Так далеко, как только смог. Та слетела вниз и глухо взорвалась, однако звука падения так и не было.

Альпшнур у нас был при себе, но длинной всего метров сто. Так что вбурившись в стенку, я растянул смотку, скидывая ее вниз. Пока наши бравые пулеметчики меня прикрывали, я облачался в высотную экипировку.