|
И все же он должен воспользоваться этим в своих целях. Ее духи чертовски кружат голову, и Берк от души порадовался, что не принял обет целомудрия; однако полицейский остается полицейским: голова Берка уже работала в другом направлении, он прикидывал, как использовать полученную информацию. В порыве вдохновения (отнюдь не божественного) созрела идея, как может ее грех помочь общему плану. Но Берка его великолепная идея почему-то не радовала. Он бы очень хотел забыть о том, что она потеряла ребенка. Это делало ее более человечной. Он бы очень хотел забыть о том, что коснулся ее рук через решетку. Это делало более человечным его. - Эй, Бейзил, на тебя что, снизошло Божье озарение, или как? Вопрос прервал его размышления, и Берк мрачно посмотрел на Грегори. - Ты какой-то чудной. Когда ты выскочил из собора, у тебя было такое выражение лица, словно ты только что увидел Господа Бога. Берк снова кинул на Джеймса суровый взгляд. - Ладно, ладно. Наверное, мне просто непривычно видеть тебя без усов и с зализанными волосами. Тебя бы сейчас мать родная не узнала. С очками тоже здорово придумано. Только сейчас до Берка дошло, что он забыл снять очки в квадратной роговой оправе. Он сорвал их и швырнул на приборную панель. Стекла были простые, но все равно странно, что он про них и не вспомнил. Из-за таких мелочей люди жизни лишаются. Неважно, полицейский ты или преступник, горят обычно именно на подобной ерунде. Очнись, приказал он себе. Если начнешь колебаться, то пошатнется решимость отомстить за Кевина. А если отступишься - не сможешь жить дальше. Надо действовать или кончать с этой жизнью. Правая рука на руле автоматически сжималась и разжималась. У дома Джеймса Берк на полной скорости вдавил тормоз, машина дернулась и остановилась. Грегори взялся за ручку двери. - Неохота признаваться, но мне понравилось. Пока, Бейзил. Может, еще увидимся. Но только, если мне сильно не повезет. Тут лицо Грегори выразило крайнюю степень замешательства: Берк вылез из машины и зашагал рядом с ним по дорожке, ведущей к дому. - Рад, что ты получил удовольствие. Потому что мы еще не закончили, святой отец. Глава 15 Пинки разрезал свой филе-миньон с кровью. - Как это называется? Реми отвела глаза от сочащегося кровью мяса. - "Дом Дженни". Названо так в честь трехлетней девочки, которую бросила мать. Когда девочку нашли, она умирала от голода. Ее не удалось спасти. - Кошмар какой! - воскликнула Фларра. |
