Взглянув на часы, Гарри вынул из кармана телефон, немного выждал, давая возможность удалиться проходившей мимо молодой парочке, и нажал кнопку повторного набора номера.

– Pronto,[22] – громко и четко послышался голос кардинала.

– Кардинал Марчиано, это говорит отец Ри. Я из Джорджтаунского университета в…

– Как вы узнали этот номер?

– Я хотел бы обсудить с вами одну медицинскую проблему…

– Что‑что?

– Насчет очень необычной родинки. Их иногда называют лишними сосками.

Голос в трубке умолк, затем послышался снова, но уже другой.

– Это отец Бардони. Я помощник кардинала. Чем могу быть вам полезен?

– Монсеньор Грейсон из Джорджтаунского юридического колледжа был так добр, что дал мне номер телефона кардинала, когда узнал, что я собираюсь в поездку. Он сказал, что если мне понадобится помощь, то я всегда смогу обратиться к его преосвященству.

Гарри сидел на той же скамейке, пока не увидел, как отец Бардони спустился с крыльца и зашагал по улице в его сторону. Поднявшись, он неторопливо направился к большому фонтану, окруженному толпой людей, тщетно рассчитывавших найти отдохновение от палящей жары и изнуряющей влажности этого июльского воскресного дня. Здесь Гарри был лишь одним из многих других, бородатым священником, пытающимся уловить хотя бы глоток прохлады.

Оглянувшись, Гарри увидел, что молодой рослый священник с темными курчавыми волосами входит в парк. Он шел неторопливой походкой, словно прогуливался. И все же Гарри заметил, как Бардони время от времени вглядывался в толпу, пытаясь различить его среди множества людей, собравшихся у фонтана. Он держался как человек, не желающий привлекать внимания к себе или своим поступкам или же просто испытывающий сильную неловкость. Но самое главное, что он пришел сюда, и это укрепило Гарри в его подозрениях. Дэнни был жив. И Марчиано знал, где он находится.

54

Гарри стоял за кучкой плескавшихся в фонтане детей и следил, как отец Бардони искал его в толпе. В конце концов его поиски увенчались успехом.

– Вас просто не узнать. – Отец Бардони остановился рядом с ним, но смотрел не на Гарри, а на ребятишек, которые с криком и визгом самозабвенно плескались в фонтане.

Гарри и сам знал, что казался худощавее, борода, строгий костюм священника и надвинутый на лоб черный берет делали его абсолютно непохожим на того человека, который несколько дней назад прилетел в Рим из Америки.

– Я хочу встретиться с его преосвященством.

Они разговаривали чуть слышно, глядя не столько друг на друга, сколько на детей, улыбаясь их играм и беззаботной радости бытия.

– Боюсь, что это невозможно.

– Почему?

– Он… Его расписание заполнено на большой срок вперед.

Гарри в упор взглянул на собеседника:

– Чушь собачья.

Взгляд отца Бардони переместился за спину Гарри.

– Мистер Аддисон, на холме, прямо у вас за спиной, несколько конных карабинеров. А немного ближе, справа от вас, еще двое на мотоциклах. – Он вновь посмотрел в лицо Гарри. – Вас ведь разыскивает вся итальянская полиция. Стоит мне только поднять руку, и… Вы меня понимаете?

– Святой отец, мой брат жив. И его преосвященству известно, где он находится. Так что он может сам отвести меня к нему, хотя возможен и другой вариант: вы выдаете меня полиции, и тогда уже она заставит его сделать то же.

Отец Бардони испытующе посмотрел в глаза Гарри, но в это время уловил взгляд стоящего на противоположной стороне фонтана мужчины в голубой рубашке.

– Пожалуй, нам с вами лучше немного прогуляться…

Гарри тоже обратил внимание на соглядатая; стоило им сдвинуться с места, как мужчина выбрался из толпы и, держась в отдалении, последовал за ними через открытую просторную лужайку в ту сторону, где начиналась мощеная аллея.