– Так вы?..

– Да, телепат. Что‑нибудь не так?

– Нет. Просто я растерялся. – И тут меня осенило. Она улыбнулась:

– Вы должны следить за мимикой. Когда вас застают врасплох, физиономия становится очень смешной.

Наконец понимание происходящего выкристаллизовалось. Я схватил ее за плечи.

– Ах ты, сукин сын!

– Привет, Джимбо! – непринужденно бросила она.

– Я должен был догадаться! – Рот мой раскрывался я закрывался, как у рыбы, выброшенной на берег. Наконец удалось слепить фразу: – Тед! Тэнджи! Теодор Эндрю Натаниэль Джексон! Ах ты, паразит! – На нас глазели, но мне было все равно.

Она – или он – улыбнулась.

– Ты не поцелуешь старого друга?

– Поцеловать тебя? Я тебя должен поцеловать?.. – разжав руки, я беспомощно брызгал слюной, не в состоянии подобрать слова.

– Вот это да, Джим! – Она – или он – подмигну‑ла – Ты такой милый, когда сердишься.

В. Как хторране называют послед?

О. Десерт.

КАКОВО БЫТЬ ТЕЛЕПАТОМ

Хорошо, что счастье не продается. Иначе его скупили бы торгаши.

Соломон Краткий

Я не сноб. Во всяком случае, так мне кажется. Но я получил старомодное воспитание и никогда не одобрял трансвеститов. Хотя, конечно, что бы ни пожелал сделать со своим собственным телом совершеннолетний человек, это его личное дело.

Я пришел к таким взглядам из‑за целомудренной юности, не омраченной никаким опытом, кроме теоретического. На моем пути не встречался ни один человек, когда‑нибудь менявший пол или разыгрывавший из себя Женщину.

Но одно дело быть чистоплюем в безвоздушном пространстве и совсем иное – встретить бывшего лучшего друга в теле, способном расшевелить любого мужчину.

Я даже не представлял, что ребята из Телепатического Корпуса способны на такое.

– М‑м… – Нужные слова не шли в голову. – Ты не отделаешься простым объяснением, Тед.

До сих пор я думал, что телепат имеет в голове что‑то вроде терминала компьютерной сети. Та же микротехнология, с помощью которой делали искусственные нервы для протезов, позволяла вживлять в мозг искусственную долю, запрограммировать для всевозможной обработки и передачи данных. Я слышал, что имплантанты нового поколения могли передавать чувства, но думал, что чувства как бы проецируются на мозг – примерно так же, как я видел глазами «паука», управляя им.

Тед – Тэнджи – быстро рассеял мое заблуждение:

– Нет, передача чувств абсолютна, по крайней мере по ощущениям. При этом они, видимо, очищаются от разного подсознательного мусора. К тому же приобретаешь полный контроль над чужим телом, как я в данном случае. Как будто твоя душа покидает плоть и переселяется сюда. Я способен менять тела, как нижнее белье, и даже чаще.

Он – она – являлся как бы курьером, хотя пока термина для этого не придумали. В его (ее) задачу входил сбор информации для телепатической сети данных, где они записывались для (опять нет подходящего термина) синтезаторов, что ли, – людей, впитывающих собранный материал и отыскивающих определенные закономерности. Это было настолько сложно, что даже Тед‑Тэнджи не понимала всего. Пока. Не понимала до конца, как она выразилась.

За обедом – глупо было уйти, бросив заранее оплаченные яства, – я спросил:

– А где твое тело сейчас?

– Ты имеешь в виду то тело, которое ты знал? – Да.

– – Кажется, в Амстердаме. Надо проверить.

– Ты не знаешь?!

– Джимми, – – объяснила она, – подписывая контракт, передаешь свою телесную оболочку в распоряжение сети.