– Солдатский паек и консервированную воду.

– Вы обещали омара.

– Послушайте, вы же знаете, как трудно было заказать этот номер…

– Прошу прощения, но либо омар, либо ничего.

– Ну… ладно.

Она повела меня в столовую.

Омар на столе был такой, что в живом виде мог бы до смерти напугать собак, кошек и маленьких детей. Рядом стояло ведерко с охлаждающейся бутылкой.

~ А вы, оказывается, довольно самоуверенны.

Она пожала плечами.

– Еще не наступил тот день, когда я не смогу уговорить лейтенанта…

Я высвободил свою руку.

– Кончай! Давай договоримся: сегодня ни слова о делах!

Полковник армии Соединенных Штатов Лизард Ти‑релли из Агентства Специальных Сил согласно кивнула. Она распустила длинные рыжие волосы, и они рассыпались по плечам.

– Приступим, – предложила она.

Обед прошел как в сказочном сне. Лиз была прекрасна. Я не сводил с нее глаз. Мы обменивались смущенными улыбками и нарочно беседовали на посторонние темы.

– Я должен кое в чем признаться, – решился я.

– В чем?

– Я… ревновал тебя. Я думал, что ты и Дэнни Андерсон были… ну, понимаешь… любовниками.

– Неужели? – Лиз рассмеялась. – Глупости: ведь Дэнни голубой.

– Ты не шутишь? Может, поэтому Дьюк?.. Я прикусил язык.

– Вполне возможно.

– Черт возьми!

Я недоверчиво покачал головой. Дэнни?..

– Я тоже хочу признаться.

– В чем?

– Я тоже ревновала тебя к Флетчер. Вы проводили столько времени вместе.

– Нет! – Да.

– Но она… – Я пожал плечами. – Я никогда не думал о ней как о партнерше.

– Я рада.

Потом мы перешли в спальню, и я снова начал нервничать, сам не знаю почему.

В ожидании Лиз меня одолевали мысли новобрачного. Прикрутив свет и музыку, я вернулся к постели, быстро разделся и, скользнув между простынями, стал ждать.

После всего, что было…

Она вышла из ванной в ночной рубашке, над которой пара тутовых шелкопрядов трудилась едва ли больше одного дня, да и то с перекурами. Она легла рядом, а я раздумывал, можно ли до нее дотронуться. Я так ждал этого момента!

Я взглянул на Лиз. Она выжидательно посмотрела в ответ.

– Может, проявишь инициативу? – поинтересовалась она. – Или начинать мне?

– Э… – только и выдавил я. Все оказалось не так просто. – Ты такая красивая…

Она погладила меня по щеке.

– Больше не надо делать мне комплименты, Джим. Это у нас позади, – мягко сказала она. – Теперь – время любви.

Я пробормотал:

– Мне… Я знаю, что это звучит глупо, но ты слишком красивая. Я даже не знаю, смогу ли заниматься любовью с такой красавицей.

Лиз готова была расхохотаться, но из жалости быстро справилась с собой.

– Открою тебе один секрет, – сказала она. – Я самая обыкновенная. В ванной я посмотрелась в зеркало и сказала: «Фу, какая уродина». Правда. А потом я подумала: «Джим заслуживает лучшего. Значит, надо притвориться для него прекрасной». И видишь – ты поверил.

– Ты слегка перестаралась, – заметил я. – Стыдно признаться, но я страшно боюсь.

– Обманываешь, – обиделась Лиз.

– Мне двадцать четыре года. Невинность я потерял в девятнадцать. С тех пор у меня было три девушки, нет, четыре, считая Теда. Вот и весь опыт.