Нынче только двенадцатое Маркса, думал он. Через недельку или две ее эмоции будут проявляться более явно. Он закрыл глаза.

Когда Чип проснулся, он увидел, что Маттиола собирает камушки и прутики.

— Доброе утро, — сказала она приветливо.

Они нашли поблизости ручеек и дерево с зелеными плодами, которое он определил как оливковое. Плоды были горьковатые, со странным привкусом. Они оба предпочли им унипеки.

Маттиола спросила его, как он умудрился избежать процедур. Он ей рассказал о листке и мокром камне, о придуманных им бандажиках, которые накладывал на руку. Это произвело на нее впечатление. Остроумно, признала она.

Как-то раз вечером они сходили в '12471 за унипеками и напитками, полотенцами, туалетной бумагой, балахонами, новыми сандалиями; заодно они смогли проштудировать этот район по географической карте в местном МДБ, насколько это было возможно при свете фонарика.

— Что мы будем делать, когда приедем в '082? — спросила она на следующее утро.

— Спрячемся где-нибудь на побережье, — ответил он, — и будем каждый вечер выслеживать торговцев.

— Думаешь, они туда приходят? — спросила она. — Ведь это рискованно.

— Конечно, — согласился он, — я полагаю, они занимаются этим вдали от города.

— Для них более естественно плавать в Евр. Как-никак ближе.

— Нам останется надежда на то, что в Афр они тоже заходят, — сказал он. — И я хочу кое-что добыть в городе, чтобы торговать, — какие-то вещи, которые имеют для них ценность. Надо будет все это обдумать.

— А сможем мы раздобыть лодку? — спросила она.

— Думаю, что нет. Там нет морских путей, поэтому, скорей всего, нет и катеров или моторных лодок. Конечно, в Садах Развлечений имеются весельные лодки, но я не представляю, чтобы мы могли пройти на веслах двести восемьдесят километров. Ты сможешь?

— Ничего невозможного в этом нет, — сказала она.

— Нет, — сказал он. — Это крайний вариант. Я все-таки рассчитываю на торговцев или, быть может, даже на какую-нибудь организованную операцию по вывозу эмигрантов. На Майорке должны быть средства обороны, потому что Уни про нее известно; он знает обо всех островах. Поэтому тамошние жители должны способствовать росту населения, притоку новых сил.

— Да, пожалуй, — сказала она.

Это опять была дождливая ночь, и они забились в угол расселины, укрывшись одним одеялом. Он целовал ее в шею, пытался раскрыть балахон, но она отодвигала его руки.

— Я понимаю, что это выглядит глупо, — сказала она, — но во мне все еще живет это «только-вечером-в-субботу». Давай потерпим до субботы?

— Но какой в этом смысл? — Чип не мог скрыть раздражение.

— Никакого, — согласилась она. — Но пожалуйста, давай потерпим.

Помолчав, он вынужден был смириться.

— Разумеется, если ты этого хочешь.

— Да, Чип, я так хочу.

Они читали, размышляли, чем лучше запастись в '082 для торговых целей. Он приводил в порядок велосипеды, она занималась гимнастикой дольше и целенаправленней, чем он.

Вечером в субботу он вернулся с ручья, и она встретила его — с наведенным на него пистолетом! Глаза ее сузились от ненависти.

— Он мне звонил, перед тем как сделать это, — сказала она.

— Ты что?

— Король! — кричала она. — Он мне звонил! Ты гнусный лгун! — Она нажала на спуск. Потом еще раз. Растерянно посмотрела на оружие, перевела взгляд на Чипа.