|
После таких вообще не встают, но мой соперник поднялся! Я радостно бросился его добивать, и сам схлопотал по корпусу! Попытался опытно повиснуть на Димусе, но рефери разобрался в ситуации и начал отчет. Пришлось делать вид, что мне все нипочём, хотя я еле держался на ногах. Если бы не перерыв между раундами, могли бы меня и добить!
‒ Куда ты с открытым забралом! Толя! Соберись! Дыши, дыши, ‒ наперебой советует мне мой угол.
Вся арена, а это семь тысяч зрителей, бурлит, но за кого болеют ‒ непонятно. Когда я пробил в челюсть замбийца, вроде бы зал орал восторженно, а, значит, моё участие в той драке осталось незамеченным. Ясно, что выносить сор из избы сейчас вообще не в интересах корейцев, будут стараться замять конфликт поскорее. И им повезло, что пока идёт отборка, и нет особого зрительского интереса. Но когда для меня в концовке раунда рефери открыл счет, то тоже были слышны возгласы одобрения. Скорее всего, болеют за красивый бокс. И я полон решимости его им показать. Тем более, за минуты отдыха моя дыхалка полностью восстановилась, и сил у меня опять, как и заметил Ираклий, просто дохренища, словно и не было напряженного первого раунда. Арена, кстати, где проходят поединки боксеров, называется «Студенческая арена Джамсила», и принадлежит она Федерации университетского спорта Кореи. Здесь обычно проводятся студенческие спортивные мероприятия.
Второй раунд показал, что я от нокдауна оправился, а вот мой соперник ‒ нет. Он пропускал удар за ударом, но держался, изумляя не только зрителей, но и меня. Ещё и смог разбить мне нос. Не кулаком, правда, а головой, за что и получил справедливое предупреждение от рефери. А меня чуть не снял с боя местный врач! Дядя Миша спас ‒ воткнул две затычки в нос, и кровь перестала капать.
‒ Не затягивай, а то и в самом деле снимут с боя из-за травмы, ‒ шепнул он мне.
И сразу же в начале третьего раунда я наконец нокаутировал своего, казалось бы, железного соперника. Скупые похвалы тренеров показали, что они ещё не определились, как со мной себя вести. Да плевать!
‒ Анатолий, с Геннадием Юрьевичем едешь сейчас в Пусан, вас на «Михаиле Шолохове» ждут, ‒ не глядя мне в глаза, произнес Копцев.
‒ Что, без обеда даже? ‒ удивился наш тренер Машьянов, которого отправляли вместе со мной.
‒ Гена, ты хоть не начинай! ‒ психанул Копцев.
Я так понял, меня на ковер вызывают из-за утренней нашей стычки с тем пузаном. Зашибись! Делать им нечего, что ли?
Глава 11
Глава 11
То, что меня везут на расправу, ну, или, если повезет, сначала на судилище, стало понятно по компании, с которой я еду ‒ массажист, дядя Миша и Цзю. Все недавние драчуны. Из всей этой троицы, едущей на микроавтобусе в Пусан, лишь Цзю был беззаботен и весел. Мужики же сидели грустные. Машьянов едет отдельно на пузатом корейском авто.
В городе, куда мы направляемся, проводятся соревнования по водным видам спорта, и в порту стоит наш теплоход ‒ “Михаил Шолохов”. Я лично всю дорогу спокойно спал, радуясь возможности лишние несколько часов отдохнуть. Расстояние между городами в четыреста километров мы проехали за четыре часа с небольшим и в три часа дня были уже в порту.
‒ Чего, нас за ту драку будут ругать? ‒ уже в Пусане озаботился-таки своей дальнейшей судьбой Костя.
‒ Не боись, не сожрут же нас, у тебя вообще бой завтра важный. С этим твоим немцем. О нём думай, ‒ осадил я друга.
‒ Цюлов. Да, серьёзный соперник. Я вообще думаю, что самый сильный из всех, кто мог мне попасться, ‒ признал Костя.
На теплоходе царит веселье. Оказывается, тут много наших артистов и музыкантов тусуется. Есть и корейцы, очевидно, с экскурсией. Сам теплоход тоже выглядит празднично, украшен лозунгами и флагами, а на палубе я видел даже бассейн! Проходим по узким коридорам куда-то на среднюю палубу. Наконец, пришли, но сразу нас не запустили. |