|
Но мне уже отдали первый долг! Тренер наших тяжеловесов Гарин Олег Петрович рассчитался со мной сразу по прибытии — он местный, с Владика. Я ему занял три тысячи «бакинских», а он вернул шесть тысяч рублей. По сегодняшнему курсу примерно три к одному. И мне выгодно и ему. Дорого занял? Наоборот, на местном рынке (нелегальном, разумеется) за доллар и четыре, и пять рублей дают сейчас.
— Есть шесть тысяч только. Надолго тебе и зачем? — полюбопытствовал я и пожалел.
А вдруг кого с зоны выкупить надо, или оружие купить, да мало ли?
— Через пару недель тут открывается китайский магазин из соседней провинции Хелуй... бля, да не выговорю. Ну и советский магазин в Китае тоже откроют. У них там наши товары будут продавать, а у нас — китайские. И сейчас можно неплохо закупиться!
— Что, уже? — неприятно удивился я предприимчивости китайских соседей. — Шустрые они...
— Да, это наш ГУМ открывает совместно с китайским городом. Глава города ... да тоже матерное название, приезжает на открытие. Вон спроси у своей именинницы, она же в Китай директором магазина поедет, наши платки да хохлому продавать.
— Да? Я и не в курсе про неё, случайно попал сюда.
До меня дошло, почему мощная Вера — нужный человек для всех.
— Так что, подогреешь? — спросил Вано.
— С условием. Часть товара для меня доставишь в Красноярск. Шесть тысяч рублей могу дать. Могу и больше, если долги ребята вернут. Так... Скрябин Тимка точно брал машину для перепродажи... Поговорю с ним в гостинице, — вспоминаю, кому занял я.
— Шесть тысяч — уже хлеб! Наберу фарфора, кожаных курток, чтобы затарить контейнер до талого, — доволен Вано. — Тебе товара рублей на 500 могу привезти. Только выбрать надо, чего хочешь. С утра завтра можем на склад рвануть. Заехать за тобой?
— Пятьсот мало, пять — тебе, тысячу — мне. А так, давай! Только я планирую не в гостинице ночевать, с девахой тут одной договорился...
— Это не с той, что сейчас в машину садится? — усмехнулся Вано.
Твою мать! Моя Полина продинамила меня — она села в ждущую её машину якобы брата, и та сразу рванула, обгоняя трамвай.
Видимо, разочарование отразилось на моей физиономии.
— Э, да тут полно баб, вон смотри какие официантки, только свистни, — смеётся Вано.
— Расхотел, пожалуй, — огорченно говорю я и иду назад к Вере-имениннице.
— У Полины бабушка заболела, она уехала срочно, — беззастенчиво врут мне в глаза.
— Ладно, загостился я тут. Ещё раз с днюхой! — делаю вид, что мне абсолютно все равно, хотя в душе, конечно, обидно.
Простившись со всеми, ловлю на улице тачку и за грабительские три рубля доезжаю до места жительства. Там в первую очередь ищу тех, кому занял деньги, но никого не нашёл — половина нашей сборной по боксу сегодня улетела или уехала на поезде. Облом небольшой.
— Ты, Толя, «алкач» или «алкач» и «ходок»? — подкалывают меня друзья в номере, учуяв запах спиртного.
Сидят, играют в преферанс, но мне рады. У них спор возник, как считать «пулю», почему-то разные варианты получились, а я в этом деле авторитет. Помог, конечно, показав как правильно считать, даже двумя способами, и завалился спать — я привычный к шуму.
Утром до завтрака звоню обманщице. Не то, чтобы я хотел близости, уже отгорело, но просто интересно, что скажет девушка. Трубку поднял парень и злым заспанным голосом сказал, не звонить мне больше сюда. Строгий «брат» у Полины!
Вано приехал на такси сразу после завтрака, я уже ждал его внизу в холле.
— Башка болит, — пожаловался он.
— Я норм! А ты был в том магазине-то? — спросил я по пути на торговую точку. |