|
Не сообщив ей о нем, я утратила шанс предупредить ее. Все, что бы я ни сказала теперь, покажется грубой ложью недовольной женщины, придуманной с целью склонить Саванну на мою сторону. Даже когда она перемещалась по комнате и болтала, я чувствовала, как она удаляется от меня. Как сказал Наст, у меня был почти год, чтобы представить свою версию. Почему я не поработала лучше? Она назвала Шабаш глупым и бесполезным. Эту альтернативу ей показала я – мир, где ведьмы глупы и бесполезны.
Я знала, что должна молчать, чтобы Саванна сама все поняла, но требовалось прилагать немалые усилия, чтобы не встать, не встряхнуть ее и не закричать: – Что ты делаешь?! Вместо этого я устроилась на кровати, правда, вначале заметила: – Я рада, что ты хочешь видеть меня рядом, Саванна, но, знаешь ли, я не могу этого сделать. Я – Главная Ведьма Шабаша. Я не могу просто уехать… – Но они тебя выгнали вон! – Да, они разозлились, но… – Ты сказала, что останешься со мной. Ты обещала. – Я помню и останусь, но… – Ну, это мое решение. Я хочу быть здесь, а если ты хочешь мне помочь, то должна остаться. Она плюхнулась на свою кровать, повернулась ко мне спиной и скрестила руки. Какое-то время мы так и сидели. Несколько раз Саванна немного поворачивала голову, словно пыталась таким образом заставить меня спорить. Но я ничего не говорила и она, наконец, развернулась и посмотрела мне в лицо. – Не злись, Пейдж, – попросила она. – Ты слышала, что он сказал? Лучшие учителя, лучшие книги, лучшие материалы. Я все это получу и разделю это с тобой. Разве ты не этого хотела? Я не ответила. – Ты волнуешься, потому что это Кабал-клан, правильно? Я помню, что говорил Лукас, но… может он… мой… Наст прав. Не то, что Лукас врет – я не это имела в виду. Но он мог что-то напутать. Наверное, он видел что-то на самом деле плохое, то, что при обычных обстоятельствах не делается. И снова я ничего не сказала. – Отлично, пусть будет, как ты хочешь. Отправляйся назад в глупый маленький Ист-Фоллс, в свой сгоревший дом. Я не поеду. Они не хотят видеть нас там. Но каждый раз, когда ты будешь проходить по улице, люди станут показывать на тебя пальцем и говорить неприятные вещи. А обо мне они ничего не скажут. Я буду жить в Калифорнии. Готова поспорить: Адам поедет со мной. Он не такой, как ты. – Я останусь с тобой, Саванна. Ты же знаешь, что останусь. Она колебалась, затем улыбнулась и потянулась, чтобы обнять меня. – Все будет в порядке, Пейдж. Ты только подожди. Это будет самым лучшим, что когда-либо случалось с нами.
– Мы можем зайти? – спросила она. Не дожидаясь ответа, она полностью раскрыла дверь и зашла. Ее нельзя было назвать красавицей, внешность скорее подошла бы мужчине – заостренный подбородок, волосы с сильной проседью, стриженые ежиком. За ней следовала еще одна женщина, примерно лет на двадцать старше, с точно таким же подбородком, седыми волосами, но стильной короткой стрижкой. – Меня зовут Грета Энрайт, – представилась более молодая. – А это моя мама, Оливия. – Называйте меня Ливи, – попросила более старшая. – Мы так рады познакомиться вами. С вами обеими. – Она вышла из-за спины дочери и поставила на тумбочку серебряный поднос. – Я знаю, что твоя мать, Пейдж, предпочитала чай. Я рискнула предположить, что ты унаследовала ее вкусы. Я моргнула. – Вы знали мою мать? – Много лет назад. Столько лет назад, что мне не хотелось бы их считать. – Она рассмеялась звонким девичьим смехом. |
