– Нет! Она никогда бы…

– Ты мне не веришь? – Наст взял трубку сотового телефона, лежавшую на столе у его локтя. – Позвони ей.

Я не пошевелилась, чтобы взять телефон.

– Не хочешь? Тогда давай я сам позвоню.

Он набрал номер, поднес трубку к уху и сказал несколько слов, затем протянул ее мне. Я вырвала трубку у него из рук.

– Скажите мне, что он лжет! – воскликнула я.

– Нет, он не лжет, – ответила Виктория. – Я должна учитывать интересы Шабаша, Пейдж. Я не позволю…

– Вы… вы даже не представляете, что наделали!

– Я отдала Саванну ее отцу.

– Нет, вы отдали ее…

– В Кабал-клан. Да, я это понимаю. Я все о них знаю, несмотря на то, что говорила на днях. Саванна – дочь колдуна и ведьмы, занимавшейся черной магией. Она заслуживает находиться там, куда отправляется. Зло порождает зло.

– Нет! – закричала я и швырнула трубкой в камин.

– Ты слышишь этот треск, Габриэль? – спросил Наст. – Это звук крушения иллюзий. – Он посмотрел на меня. – Я посчитал, что тебе следует это знать, чтобы полностью понимать ситуацию. Теперь можешь идти.

Даже не дождавшись, пока я уйду, он повернулся к Сандфорду, и они продолжили беседу. Я в ярости вылетела из комнаты.

Как Старейшины могли нас предать? Я понимала, почему меня исключили из Шабаша – едва – но это… Это было вне пределов моего понимания. Они продали Саванну ради собственного успокоения. Но как их собственная безопасность может стоить такую огромную цену?

Независимо от того, сколько я ругалась со Старейшинами, я всегда считала их хорошими женщинами. Они прожили жизнь, сражаясь с искушением злом и выкорчевывая его из Шабаша. Да, они заходили слишком далеко, ставили нам слишком много ограничений, лишали нас нашего потенциала. Тем не менее, я никогда не сомневалась, что у них добрые намерения.

Однако теперь я столкнулась с тем, что их действия делали их не лучше Кабал-кланов, возможно, даже хуже. Старейшины так безжалостно стремились к нравственности, что превратились в то, против чего так яростно боролись: зло. Я побледнела, когда это слово появилось у меня в сознании, инстинктивно почувствовав необходимость оправдания, смягчения. Но, тем не менее, это было зло. Как еще можно назвать их предательство, кроме как злом, которому нет прощения?

Теперь, возможно больше, чем когда-либо, я хотела спасти Шабаш. И если я это сделаю, я никогда не забуду этот урок.

– Что это? – спросила Саванна, когда мы спускались вниз.

– Если я тебе расскажу, то это не будет сюрпризом, не так ли? – ответила Грета.

– Кое-что мы тебе все-таки, скажем, – заметила Оливия. – Это для твоей церемонии. Осталось всего пять дней.

– Но я думала, что… – Саванна посмотрела на меня. – Кристоф сказал, что церемонию будет проводить Пейдж.

– О да, ее будет проводить Пейдж. Однако нам придется использовать наш материал. Все, что приготовила Пейдж, утеряно в огне. Очень жаль, на самом деле. Я предупреждала – упоминала мистеру Насту, что следует первым делом спасать магические предметы, но он не увидел необходимости.

– Ты получишь все новое, Саванна, – сказала Грета. – Причем гораздо лучшие магические предметы, чем у тебя были раньше. А также лучший материал для церемонии. Ты знаешь, с чьей могилы мы взяли землю? Эбби Борден, мачехи Лиззи Борден.