– Мне почудилось… – Элис подыскивала слова, не зная, как объяснить то, что она чувствовала, и не показаться при этом, ну… не совсем нормальной. Хотя, что это она? – Мне почудилось, там нет… никого. Нет тех… существ? тех, кого я начала видеть, когда заболела. И снова научилась вчера. Вы об этом говорите, Невилл?

– Да. Там нет больше духов, фейри, а значит, нет ничего. Очень опасное место этот ваш сад, но вы по‑детски испугались мертвого, и своим страхом заставили его принять форму. Воплотили. В садовый шланг, – он не улыбнулся, но, судя по искрам в глазах, серьезность далась нелегко. – Вот уж чудовище из чудовищ. В любом случае, Элис, придав ему форму, вы сделали его уязвимым даже для обычного оружия. Что там оружие – хватило бы секатора для обрезания веток.

– А что теперь? Разве можно убить мертвое?

– Можно упокоить. Навсегда. Лишить даже того извращенного подобия жизни, которое заставляет ненавидеть и вредить. Что мы, собственно, и сделали.

– Мы?! Это вы зарубили его!

– А вы воплотили – иначе, что бы я рубил? Элис, хотите, я подарю вам бубаха ?

– Что?

– Ну… домового. Почти. Если вы пустите его в дом, следом придут и другие духи, а, прижившись у вас, они доберутся и до соседей. Есть у нас такая черта в характере: если можно куда‑то влезть, мы обязательно влезем. Впрочем, вы ведь и за собой это замечали, верно?

– А потом их опять убьют?

– Ну, уж нет! Об этом я позабочусь.

Оцепенение чувств отпускало постепенно, так что Элис и не поняла, в какой момент невидимые стенки окружившего ее пузыря растаяли окончательно. Да и то, что они растаяли, заметила лишь, когда спросила о том, куда же Невилл привел ее на сей раз. Спросила, задним числом сообразив, что интерес к происходящему вернулся гораздо раньше. Когда? Когда заговорили об умерших бессмертных духах? Когда вспомнила, словно заново пережила, темную ненависть ночного сада? Или когда Невилл весело и беззаботно перечислял ей свои нелестные прозвища? Тезка дьявола, ну что ж, может быть, несколько претенциозно, однако весьма в стиле.

– А я вас еще не привел, – он подозвал лошадей, помог Элис сесть в седло, – мы с вами едем на бал. Правда, незваными гостями. Посмотрим издалека на танцы лунных дев – гиалах муир .

– Танцы фейри?

– Ну, да. Я ведь говорил вам: на земле еще есть уголки, куда дивный народ приходит танцевать и радоваться ночи. Или дню – кому что нравится.

– А что за волшебство вы сотворили с дорогой?

– Вы не перестаете удивлять меня, – Невилл бросил на нее короткий недоуменный взгляд.

“Кто бы говорил!” – с легким возмущением подумала Элис, а вслух заметила:

– Можно подумать, это я веду вас посмотреть, как танцуют феи.

– Нет, но вы с самого детства ходите нашими дорогами и вдруг спрашиваете у меня, что это за волшебство. Дороги фей, Элис. Ну вспоминайте, вспоминайте, этому не учат ваши профессора, но вы же не могли забыть, что всегда добирались из пункта А в пункт Б намного быстрее, чем все другие.