|
По итогам проверки на счета фирмы был наложен арест, но только на те, что имелись в Москве. А на них — едва ли наберется десяток миллионов рублей. Отмечено, что в процессе проверки работники фирмы часто выезжали в Чеченскую республику, где встречались с различными руководителями оппозиционно настроенных друг к другу сил. Есть основания предполагать, что большая часть денежных средств фирмы хранится в банке одного из учредителей «Ханталы», Руслана Аслангиреева. Там же, по всей видимости, и ценности, которые не успели вывезти фирмачи. К сожалению, политическая обстановка в Чечне буквально за последние дни настолько обострилась, что нет никакой возможности выслать в Грозный оперативную группу для ареста счетов в «Нохчи-Чо»-банке и изъятия незаконно вывезенных ценностей.
Руководитель «Ханталы» в Москве Николай Королев не желает отвечать на вопросы работников РУОП, как член Госдумы, пользуется депутатской неприкосновенностью и всячески уклоняется от встречи с оперативными работниками РУОП. Начальник Регионального управления ходатайствовал перед генеральным прокурором, чтобы с Королева сняли депутатский статус неприкосновенности хотя бы на период следствия, а дальше будет видно… Наш генеральный выбрал старый, испытанный способ реагирования на горячий сигнал — положил документы под сукно, если фортуна отвернется от Королева, папку всегда можно успеть вынуть.
Я возвращаю отчет Косте. Костя старательно прячет бумаги в папку и в стол и красноречиво смотрит на меня: видал, мол, куда завела нас извилистая тропинка следствия. Я пытаюсь хорохориться: — Давай санкцию — сам поеду допрошу!.. — Не спеши. Мне кажется, это стечение обстоятельств неспроста… — Какое стечение? — Арест счетов «Ханталы» и чеченская заварушка! Я понял, что он имеет в виду, но, честно говоря, не поверил — уж очень циничной будет эта правда! — Ты хочешь сказать, что фирмачи специально поторопили конфликт, чтобы и следов не нашли? — Пока я это не утверждаю, но и не исключаю такого поворота. Конечно, смешно было бы утверждать, что «Хантала» все там раздула, весь сыр-бор устроила. Но воспользоваться ситуацией — это достаточно грамотное решение. Будь я бизнесменом гангстерского пошиба, так бы и сделал! — Как думаешь, чего там было надо Кервуду, в этой фирме? — Это меня как раз меньше всего удивляет. То, что конгрессмен шастает по Кавказу, в то время как президент США заявил, что чеченский вопрос — внутреннее дело России, — было бы странно. А сейчас все стало на места. Он, скорее всего, промышленный шпион или представитель какой-нибудь полукриминальной фирмы… — А консультант, значит, Андриевский? — Возможно. Тебе не кажется, что он слишком часто попадается нам на глаза? Это я в переносном смысле. — Я понял. С ним стоит поговорить еще, правда? — Делу не помешает, — согласился Костя. — Я, пожалуй, запросил бы на него характеристику, да боюсь, что, в силу родственной принадлежности, сначала предупредят Юру и его тестя, а потом пришлют мне небольшой суховатый очерк о герое невидимого фронта наших дней. — Пойду позвоню, может, соблаговолит прийти. — Давай. Только где беседовать будешь? — У себя я «жучок» уже убрал, остался только у Славы. — Внаглую убрал или хитрость придумал? — улыбнулся Меркулов. — Хитрость: как бы нечаянно кислоту на стол пролил, вот мне мебелишку и заменили.
Юрий Владимирович Андриевский приехал ко мне через час после моего к нему звонка. |
