Наконец, Девол передал им Леонардса для испытания, как и просили туземцы. Девол обдумывал этот вопрос долго и пришел к заключению, что справедливости ради это было единственное, что он мог сделать. Земляне жили среди инопланетян и, по рассуждению Девола, должны подчиняться их законам.

К счастью, лейтенант избежал серьезного вреда. Его приговорили к испытанию, во время которого бросили в озеро и оставили на милость двух братьев покойного. Но он уплыл от них, добрался до безопасного места и поэтому был объявлен невиновным.

Норден хорошо знал этот случай. Это был классический прецедент в летописи Инопланетного Корпуса. Норден не раз долго думал над ним, проводя подробный анализ. И всегда он приходил к выводу, что полковник Девол прав.

И вот теперь настала его очередь. Лейтенант Пикеринг нарушил местные законы, причем не случайно, как лейтенант на планете Маркина, а совершенно сознательно.

Местные жители знали о прецеденте Маркина. Они хотели судить землянина.

Ну что ж, подумал Норден, они получат то, что хотели. Пикеринга нужно передать им. Пусть они ткнут нас носом в прецедент Девола, но он еще может им вовсе не понравиться!

Норден сделал несколько строчек записей в журнале, описав погоду и добавив три-четыре фразы об общем прогрессе миссии сразу на нескольких фронтах работ, об антропологических исследованиях и технологическо-медицинской помощи. Каждая миссия вела работы на трех фронтах и была соответственно укомплектована. Они проводили ботанические и зоологические изучения планет, собирая как можно больше экземпляров различных видов, выполняли культурные исследования местных жителей, а на тех мирах, где это позволяли туземцы, земляне предлагали свою помощь в повышении уровня их жизни.

Разумеется, одновременно велась оценка военной ценности планеты. Просто для профилактики. Галактика была спокойным местом, не было ни малейших намеков, что откуда-нибудь могут прибыть враждебные и опасные расы, но земная цивилизация все равно, на всякий случай, создавала сеть дружелюбных союзников, раскинутую на тысячи световых лет.

Земля ни разу не натыкалась на мир, который был бы равен ей в техническом или культурном отношении. Трудно было понять, являлось ли это вопросом более раннего начала эволюции или просто удачным выбором пути развития, но бесспорным был факт, что из нескольких тысяч населенных миров, которые последние четыре века, начиная с развития межзвездных путешествий, посещали земные корабли, ни один из них не достиг даже близко культурного уровня Земли.

Получалось, что программа помощи была логически необходима. Но ее нужно было предлагать с тактом. Чистый альтруизм порой было очень сложно объяснить.

Норден закончил утреннюю работу и закрыл регистрационный журнал. Затем, покинув офис, он вышел в холодный день Лиминорра. Дул сильный ветер, сметая с крыш комплекса снег. По небу неслись резкие темные тучи, а над далекими горными вершинами, на несколько сантиметров выше горизонта, Норден увидел холодное, яркое, недружелюбное солнце Лиминорра.

Это был суровый, неплодородный мир. Лиминорриане были сильными людьми, тела которых торжествовали над духом, философия была основана на конфликтах, а жизнь проходила в трудной работе и сражениях. Здешний мир технически был неразвитым, связь была плохая, в качестве горючего использовалась сырая нефть. Лиминорриане признавали потребность в предлагаемой землянами помощи, но упорно боролись за то, чтобы поддерживать свое достоинство и отчужденность, даже принимая эту помощь. Важной частью работы Нордена являлось следить, чтобы программа помощи землян никогда не казалась лиминоррианам просто раздачей щедрых даров.