Глубоко вздыхаю. Я не была в мамином магазине с того дня, как уехала в Берлин, и немного нервничаю. На секунду замираю, успокаиваясь, и захожу внутрь.

Мама заканчивает консультировать невесту. Повсюду валяются обрезки тюля и нити жемчуга. Невеста счастливо улыбается.

– Мне так нравятся все твои идеи, Делия! Не могу поверить, что осталось всего-то несколько недель!

– Время летит быстро… – Мама замечает меня в дверях и удивленно поднимает брови. – Пенни, ты здесь? Ты уже знакома с мисс Юнг?

Протягиваю руку.

– Очень приятно.

– Должно быть, так здорово работать, когда тебя все время окружают искренние проявления любви и счастья!

Мисс Юнг не обращает на мою руку никакого внимания и вместо рукопожатия расцеловывает меня в щеки. К этому я тоже привыкла – невесты часто бывают излишне эмоциональными.

Даже не успеваю сказать «До свидания», как за ней уже закрывается дверь.

– Пенни, так хорошо, что ты сюда заглянула! – Мама крепко сжимает меня в объятиях.

Что ж, следует признаться: я действительно старалась сюда не заходить. Свадебный бутик – думаю, последнее место, куда захотелось бы пойти после разрыва с парнем. Слишком много здесь символов любви и счастливых картинок… Да, это точно не то, что мне было нужно.

И все-таки я здесь. И очень удивлена, что не рвусь сразу же убежать куда подальше. Видимо, играет роль то, что я пришла сюда не просто так. У меня есть цель: нужно вернуть нам всем Аллиотов.

– Ну как прошла твоя встреча с Алексом, милая? Он в порядке? Даже не могу представить, как он, наверное, переживает. Несколько дней назад видела его – он прошел мимо магазина. Выглядел, надо сказать, совершенно никаким. – Мама начинает собирать охапки тюля. – В эмоциональном плане, я имею в виду.

Она подмигивает мне.

– Можешь повернуть табличку на двери, дорогая? Если сюда войдет еще одна невеста, времени на обед у нас не останется! Так, это должно быть где-то здесь… – Мама открывает один из шкафов и роется в нем.

Я поворачиваю нужной стороной табличку «Закрыто на обед» на дверях и сажусь в кресло.

– Алекс в порядке. Ну ладно… не очень в порядке. Его совершенно убивает разрыв с Эллиотом. Но я им горжусь – он сказал, что признался родителям.

– Правда, милая моя? Это замечательная новость.

– Так и есть. И он собирался поделиться этим с Эллиотом, но тот не отвечает на звонки. Если бы у Алекса был хоть один шанс вернуть Эллиота, он должен сделать нечто грандиозное и невероятное. Вот я и решила попросить тебя помочь нам. У тебя вечно куча идей, и все невероятные… Что ты делаешь?

Мама ныряет в корзину с обувью и сумками и начинает в ней копаться.

– Не могу найти дома свой золотой клатч. Подумала, что, может, кто-то принес его сюда. Помнишь этот клатч? Твой брат подарил мне его на сорокапятилетие. Кажется, в последний раз я забыла в нем десять фунтов…

Отчаянные поиски продолжаются – сумки и туфли так и летают вокруг мамы.

– О да, конечно… – Я скептически поднимаю бровь, наблюдая за нею со своего кресла у окна.

– Что ж, я королева всего невероятного, Пенни, так что ты обратилась к тому, к кому нужно. Что именно он придумал? АГА! ВОТ ОН!

Мама выпрямляется. Ее кудрявые темно-рыжие волосы сбились на один бок, а лицо стало краснее свеклы. Она бросает золотую сумочку на прилавок и садится рядом со мной.

– Я толком не поняла. Алекс хочет, чтобы все было безумно романтично. Он подумал, может быть, стоит отвести Эллиота на пирс или что-то в этом роде, но Эллиоту не очень-то нравится туда ходить – там слишком много отстойных модников, а плохой вкус он терпеть не может.