Вернувшись в номер Сюзанны, я улегся на диван. Человек должен когда-то спать.

Когда проснулся, было совсем светло. Сначала не сразу сообразил, где я и что со мной. Комната Сюзанны... А вот и она сама, в мини-юбке, облегавшем свитере. На голове немыслимая прическа, лицо свежее, а вот глаза и веки усталые, красные — видимо, совсем не спала.

— Привет. — произнес я.

— Доброе утро.

— Я, наверное, храпел?

— Как слон.

— Извините.

— Меня это не смущает.

— Тем лучше. Который час?

— Скоро полдень.

— Пора выметаться. Напоследок еще одна просьба.

— Какая?

— Посмотрите за Дитраем. Если он вернется...

— Похоже, что не вернется. Я узнавала. Он звонил и просил сохранить за ним номер в отеле. Он всегда заметает следы.

— Каждый раз, когда раскроит кому-нибудь голову?

— По крайней мере среды ночи он еще не сбегал. Ах, да! Полиция сюда наведывалась.

— Влипли мы в историю, а?

— Не впервой. Хотите кофе?

— С удовольствием. И все же, если он вернется...

— Хорошо. Я предупрежу вас.

— Спасибо. Вы прелесть.

— Ну наконец-то! — воскликнула Элен, когда я час спустя вошел в свою контору.— В какой мусорке ты ночевал?

Я махнул рукой, глянул на свой костюмчик и объяснил:

— Не успел погладить.

— Вижу. Звонил Фару.

— Что он сказал?

— Ничего нового. А ты? Ты можешь сказать хоть что-нибудь своей секретарше, своей маленькой, дорогой Элен? Где ты был? Что с тобой случилось?

Я поведал о моих ночных приключениях. Мы обсудили их, но не пришлы ни к чему положительному. Факты были таковы: Ребекка убита. Жак Дитрай сбежал, узнав о ее смерти. Не сразу, а встретившись с каким-то типом. На свою беду я оказался в отеле. Подтверждением тому моя несчастная голова. Возможно, некий Симон связан с убийством девушки. А возможно, и нет.

— Деде не все мне сказал. Но одно ясно: этот человек им нужен.

Помывшись и побрившись, я позвонил комиссару,

— Ax, это вы! — закричал он. — Чем это вы там занимаетесь, Бурма?

— Чем вы хотите, чтобы я занимался?

— О! Ничем! Абсолютно ничем. Вы сберегли бы мне здоровье и сто лет жизни, если бы совершенно ничем не занимались.

— Тогда радуйтесь: у меня как раз тайм-аут. А вы? Узнали, кто эта девушка?

— Да. Может, заедете? Поболтаем.

— Как прикажете, комиссар.

Они знают, кто она. Отлично. Это избавит меня от долгих объяснений.

— Привет, Бурма,— сказал Фару.— Садитесь. Что с вашим лицом?

— А что с ним такое?

— По-моему, оно сильно деформировалось за день.

— По-моему, у вас было ко мне какое-то дело.

— Знаете, Бурма, только не говорите, что не работаете на этого художника.

— Какая проницательность! Да, работаю. Он считает, что чем больше умных людей будет распутывать загадочное убийство, тем скорее тайное станет явным, тем легче избежать скандала... Его слова.

— Хм... Вы уже начали расследование?

— Только приступаю, комиссар.

— Вижу. Вот что, Бурма, хочу поговорить с вами. Вчера это было неудобно, рядом крутился ваш клиент.