В конце концов дверь поддалась, и я вылетел наружу. Я стоял, одетый в одни боксерские шорты, и дрожал. Передо мной полукругом выстроилось в полном составе население лагеря: от стариков до женщин с младенцами на руках.

Дети меня и спасли. Мик, сильно качаясь, направил мне в грудь свой револьвер. Его друзья также приготовили пистолеты, и тут дети начали смеяться. Сначала тихонько, потом все громче и громче. К ним присоединились и взрослые. Действительно, человек в трусах не очень похож на злого врага. Мики и его товарищи обменялись растерянными взглядами, не понимая, что им делать.

Зато Мэри Вуд понимала. Пробравшись сквозь толпу, она подошла прямо ко мне, схватила за руку и стянула с подножки трейлера.

– А ну разойдись, идиоты! – Ее высокий голос прозвенел в тишине ночи, как разбитое стекло. – Что, мужика в подштанниках не видели? – Она потащила меня к своему фургону. – Залезай, пока они не передумали! – прошипела она. Я, недолго думая, покорился, и она захлопнула дверь.

Я посмотрел через немытое окно. Толпа начала расходиться, а Мик и его друзья остались в центре, что‑то обсуждая, как группа философов‑марксистов на съезде партии тори. Они пожимали друг другу руки, размахивали пистолетами и бросали сердитые взгляды в сторону нашего фургончика.

– Успокойся, – приказала мне Мэри. – Отсюда они тебя выковыривать не станут. Пока ты не выйдешь за дверь, все будет в порядке. Ты же знаешь, что нужно этому скотине Джойсу! С пятницы он излазил мой фургон на карачках вдоль и поперек.

– Как он узнал, что вы выиграли деньги? – спросил я.

– Твой толстожопый дружок постарался, Блейк из телевизора. Как он разорялся! Даже вырезку привез из газеты: «Женщина из пригорода, пожелавшая остаться неизвестной, выиграла тотал‑джекпот!»

Я застонал и схватился за голову. Вероятно, явившись в пятницу в «Пимпернел», Блейк успел подсунуть жучок! А я, идиот, не догадался, что он непременно подстроит какую‑нибудь каверзу. По крайней мере, я должен был понять это, когда он явился в городок в Чорлтоне. Подслушивание было одним из любимых приемов автора и ведущего передачи «Удар по правам». Когда я доберусь до него, он узнает, что такое права.

Мэри приняла мой стон за выражение сожаления о том, что я ее подвел, и отчаяния по поводу моего безнадежного положения. Она ласково обняла меня за плечи.

– Не убивайтесь так, мистер Кьюнан. Я не думаю, что Мик на самом деле собирался расправиться с вами. Вся эта буча из‑за денег, он с пятницы места себе не находит. А когда узнал про Деклана, распалился еще пуще. Говорит, что мои деньги причитаются ему в качестве компенсации.

– Мэри, ваши родственнички очаровательны, как коллекция сломанных будильников, но мне все равно надо отсюда выбраться, – сказал я.

– Да вы посмотрите на себя! Далеко вы уйдете в этом спортивном костюме? – Она рассмеялась и выглянула наружу. – Там же мороз, а они – вон, полюбуйтесь! – Она подтолкнула меня к окну.

Мик и его друзья развели костер на стратегическом пункте, откуда могли обозревать трейлер Мэри с обеих сторон. Картина напоминала сцену времен Крымской войны: сердитые вооруженные мужчины ходили взад‑вперед у костра, притоптывая ногами от холода.

– Попробую что‑нибудь вам подобрать.

Я думал, хозяйка говорит об одежде. На ней самой был новый халат из «Маркс‑энд‑Спенсер», а под ним – ночная рубашка на тонких бретельках. Пока я смотрел в окно, она рылась в своих шкафах, а когда я обернулся, сунула мне в руки старую, ржавую, пыльную двустволку. А себе взяла довольно новый с виду арбалет со стрелами.

– Один из моих сорванцов стрелял из этой штуки кошек, а это ружье Дермота.