Я опасаюсь, что если останусь здесь, то меня, как единственного находящегося поблизости человека, кому доступна Смежность, могут вынудить действовать в пользу демонов. Меня беспокоит, что Стефоми… что Мефистофель сумеет обманным путем заставить меня совершить какой-нибудь поступок, который может навредить Кейси. А я никогда не причиню ей вреда. Я нанес вред большому числу людей, но никогда не стану причиной страданий Кейси. Для этого я слишком люблю ее. Поэтому я и удаляюсь. При отсутствии человека-исполнителя сегодня вечером ребенок Кейси просто появится на свет, потом вырастет и станет тем, кем ему предначертано быть. А в том, что мое вмешательство не принесло бы ничего хорошего, я абсолютно уверен.

Я еду в аэропорт через два часа. А пока мне нужно записать все, что произошло после того, как Михаил разоблачил Мефистофеля. Написать о том, кто я такой. Мне нужно приземлиться. Я не хочу чувствовать себя так, будто пытаюсь улизнуть. Запись должна быть сделана. Это необходимо, чрезвычайно важно. И я из-за этого не сойду с ума. Люди, подобные мне, не заслуживают такой роскоши, как безумие, хотя, бог мой, как бы я хотел стать сумасшедшим.

Все дело было в том послании. В тех огненных шести буквах и двух цифрах: CIRCLE IX. В течение пяти дней я продолжал не обращать на них внимания, несмотря на то что частота и перечень мест их появления возрастали. Они возникали в зеркалах, на столах, вспыхивали на корешках книг и на каемках штор. На шестой день — это было вчера — послание заполнило все возможные места в квартире: мебель, стены, пол, потолок, так что надпись сверкала всюду. А потом одна из них буквально взорвалась и вспыхнула пламенем. Это было послание, расположившееся на окне в гостиной. Огненные буквы и цифры разлетелись во все стороны в виде оплавленных осколков, вдребезги разнесли оконное стекло и рассыпали по всей комнате множество искр, от которых начали тлеть ковры и мебель. Я бросился к огнетушителю, схватил его и сумел предотвратить пожар. Когда последний краснеющий уголек был погашен, я в отчаянии бросил огнетушитель в угол, схватился руками за голову и взъерошил пальцами волосы.

— Что же это такое? — с горечью воскликнул я. — Девятый круг! Вы, долбаные идиоты, я не знаю, что это значит! Если вы не поняли этого до сих пор, тогда вы — самые бесполезные на свете долбаные ангелы… — Я внезапно прервал сам себя, в ужасе зажав рот руками. Господи, что я делаю! О чем я думаю, так понося ангелов? Какое подлое, отвратительное, непростительное поведение! — Я… я виноват… я не прав. Господи, прости меня, — запинаясь, пробормотал я с низко опущенной головой, почти всерьез опасаясь, что меня прямо на этом самом месте может поразить молния.

А в следующее мгновения я застыл, словно в столбняке. Меня наконец осенило, что же пытаются сообщить мне ангелы. Страх впился в тело ледяными иголками. Компьютерный диск, который я отдал Тоби с предписанием вернуть его мне в определенное время… Диск, к которому мне не удалось получить доступа, потому что я не мог ввести пароль из восьми знаков… CIRCLE IX.

Как только я пришел к этому выводу, все огненные послания со стен, пола и мебели мгновенно исчезли, так что внезапно наступившая темнота показалась мне странной и какой-то неестественной.