Этот фрагмент онона сравнила с библиотечным образцом и поделилась выводами с Иносиро.

-    Снобезьяна.

-    Стреляй.

-Что?

—    Выстрели в нее Внеисходовой микстурой! — Иносиро не шевелился и не раскрывал рта, но по инфракрасному каналу егоё голос казался очень настойчивым. — Мы не можем оставить ее тут на смерть!

В лиственной рамке глаз снобезьяны представлялся странно лишенным всякого выражения.

-    Но мы не вправе принуждать ее...

—    А что ты предлагаешь? Прочесть ей лекцию по физике нейтронных звезд? Мостостроители — и то не сумели достучаться до снобезьян! Никто еще не смог им ничего объяснить — никто и никогда!

—    Мы не вправе ни к чему ее принуждать, — настаивала Ятима. - У этого зверька по ту сторону нет ни друзей, ни семьи...

Иносиро издал звук, долженствующий выражать удивление и омерзение.

—Да мы емей запросто клонируем сколько угодно друзей! Поместим в окружение, скопированное с этого, и онона едва ли заметит разницу.

—    Мы сюда не похищать людей пришли. Вот представь, как бы ты себя чувствовал, если бы в полис заявились чужаки и бесцеремонно оторвали тебя от всего, что тебе дорого...

Иносиро почти застонал.

—    Нет, это ты себе представь, каково плотнику, чья кожа спеклась, а внутренние жидкости выступили наверх и закипают от жара!

Ятиму захлестнула волна сомнений.

Онона легко могла себе представить несчастного детеныша снобезьяны, что укрывался там в чаще, - как оно боязливо дожидается ухода чужестранцев. А вот концепция физической боли емей давалась с трудом. Правда, понятие о телесной дезинтеграции резонировало с какими-то струнками егоё личности. Биосфера... разупорядоченный мир, сочащийся токсинами и кишащий патогенами, движимый стохастическими столкновениями молекул. Наверное, разодранная кожа — это как отказавшая экзоличность: поток данных перехлестывает через ее загородку, многократно переписывая и необратимо повреждая гражданина внутри.

—    Как только семья заметит эффекты УФ-излучения, они наверняка отыщут укрытие в пещере для себя и для нее, - сказала онона с надеждой. — На это их интеллекта хватит. Да и лесной полог до некоторой степени защитит их. Они могут прокормиться грибами...

—    Ладно, давай я. — Иносиро схватил Ятиму за руку и силком нацелил егоё палец в сторону детеныша. — Передай мне контроль над системой циркуляции нанитов, и я сделаю это сам.

Ятима попыталась высвободиться. Иносиро не отступал. Разделенные копии Посредника впали в замешательство, будучи слишком тупы, чтобы уразуметь, что сражаются сами с собой, но и понимая, что силы противника в точности равны их собственным. Они оступились и едва не повалились в подлесок. Ятима почти почувствовала это: внезапное падение, чреватое повреждением. И бессилие.

Онона слышала, как удирает детеныш снобезьяны.

Никто не тронулся с места.

Спустя миг Ятима заговорила:

-    Мостостроители не бросят их, они разработают какую-то защитную оболочку для их кожи. У них есть вирусы-переносчи-ки генов...

-    Угу, и все это меньше чем за день? Это не считая того, как им самим придется кормить пятнадцать тысяч человек, когда урожай погиб, поля замерзли, а на головы вот-вот хлынет азотная кислота?

Ятима не ответила.

Иносиро выпрямился и рывком потянул егоё за собой. Дальше они шли в молчании.