|
Эта колоссальная пелена NO<sub>x</sub> не только охладит поверхность планеты на несколько градусов, но и распахнет не меньше чем на век ультрафиолетовое окно, катализируя распад вновь образующегося озона. В конце концов молекулы окислов азота продрейфуют в нижние слои атмосферы и частично распадутся на безвредные исходные компоненты. Остаток — несколько миллиардов тонн — прольется кислотными дождями.
- Все эти расчеты сделаны, исходя из оценки общей энергии гамма-всплеска, — мрачно подытожил Иносиро, - а она может быть так же неточна, как и все сведения, какие у нас имелись по
Lac G-1. В лучшем случае плотчикам придется переработать всю свою пищевую цепь. В худшем — биосфера деградирует так сильно, что не сможет поддерживать их существование.
- Ужасно.
Но Ятима с некоторым трудом удерживалась от того, чтобы высказать готовность смириться со всем этим. Некоторые плотники почти наверняка погибнут. Что с того? Плотники все время умирают. У них были века, чтобы спокойно перебраться в полисы, если бы им вдруг захотелось оставить позади враждебную шаткость физического мира. Онона покосилась на свой замечательный эксперимент. Иносиро не дал емей и слова про него вставить.
- Мы обязаны предупредить их. Мы должны вернуться.
- Куда?
Ятима озадаченно смотрела на негоё.
- Ты и я. Мы должны вернуться в Атланту.
Сверкнуло расплывчатое изображение: два плотника, один сидит. Мужчина и женщина? Ятиме показалось, что онона видела их в какой-то работе Иносиро, но очень давно. Мы должны вернуться в Атланту? Не цитата ли это часом из той же пьесы? Слоганы Иносиро всегда были почти одинаковы. Мы должны уйти и возделывать наши сады. Мы должны вернуться в Атланту.
Ятима сознательно удержалась от полного погружения в контекст обрывка. C возрастом онона стала прибегать к расслоению памяти, предпочтя эту меру деградации или прямому стиранию, чтобы удержать текущие мысли от парализующего излишества воспоминаний. Да, они тогда оседлали парочку заброшенных глейснерианцев! Всего двое, а Ятиме тогда исполнилось едва пол-гигатау. Они провели там примерно восемьдесят мегатау - в том возрасте такой срок мог показаться вечностью, но даже родители Иносиро не слишком серьезно отнеслись к их детской эскападе. Джунгли. Город в полях. Они опасались зыбучих песков, но нашли себе проводника.
На миг Ятима от стыда потеряла дар речи.
Потом глухо бросила:
- Я их всех похоронила. Орландо, Лиану, Мостостроителей. Я их всех закопала.
C течением времени онона иногда позволяла тем впечатлениям опускаться от слоя к слою, распределяя место в памяти между насущными переживаниями. Так продолжалось до тех пор, пока они перестали самопроизвольно приходить емей на ум, взаимодействовать с остальными пластами памяти, менять настроение и предпочтения. И плотники снова стали просто плотниками: безымянными и далекими, экзотическими и быстропреходящими. Апокалипсис нагрянет и пройдет, и сделать ничего нельзя.
- Времени почти не осталось, - сказал Иносиро. - Ты со мной или нет?
Атланта, Земля. Стандартное время Коалиции 24 046 380 407 629. Универсальное время 21:20:04.783, 5 апреля 2996 года.
Глейснерианцы оказались в точности там же, где они их бросили двадцать один год назад. Придя в себя в новых телах, они получили от автономника файл с инструкциями для наносборщ-ников. Ятима с тревогой наблюдала, как программируемая слизь ползет по тоненьким трубкам, пронизывавшим тело робота, и начинает перестраивать указательный палец правой руки в нечто, подозрительно сходное с огнестрельным оружием.
Это было легко. Как только дизайн системы доставки сырья был завершен, небольшая субпопуляция наносборщиков приняла и обработала инструкции по производству микстуры Внеисхода. |