Это была женщина. Точнее - девушка. Почти подросток. С лицом угловатым и измазанным маскировочной раскраской.

    -  Не кричи! - глухо произнесла она.

    Была она худа, темна глазами и облачена в какой-то мехом наружу вывернутый тулуп. На голове же имела черной кожи косынку, туго перехватывающую коротко, вкривь и вкось остриженные, цвета воронова крыла волосы.

    -  Не кричи! - повторила она с ужасным акцентом. - Тут до черта всякого народа шастает. Ночи Туманов начались - теперь только держись...

    Девушка внимательно присмотрелась к Анатолию:

    -  Да ты, друг, и вовсе зеленый... Ты б все-таки знак нацепил... А то примут за одиночку и грохнут как мальчика. Ты - в натуре - чей будешь?

    -  Свой. Собственный, - с раздражением ответил Анатолий.

    -  Не особенно хорохорься, парень, - посоветовала ему незнакомка. - Хотя, похоже... - тут она призадумалась. - Похоже, ты и впрямь работаешь в одиночку. Что, почуял в себе это и решил ни с кем не делиться? Сам найду, сам продам? Послушай, так не бывает. Знаешь, сколько таких умников, вроде тебя, здесь прикопаны - здесь и в отрогах... И на других плато - тоже. А жалко, между прочим, - ведь у каждого, пожалуй, Способность была... Дар... Ты возьми в ум - не пешком же ты сюда притопал. По цепочке прошел. Так ведь? И денежки зато немалые, верно, выложил... А раз так, то тот, кто у тебя денежки принял, тебя тут же и заложил. Или красной братии, или желтой. Ну, короче, уже «под колпаком» ты.

    «Сегодня я рехнусь», - подумал Смольский.

    Для него весь выдаваемый незнакомкой текст выглядел полнейшей ахинеей. Дело усугублял дичайший акцент, украшавший ее монолог. Ясно было только одно - его принимали за кого-то другого. Причем в этой роли он вел себя предосудительно и явно заслуживал за свои действия суровейшего порицания.

    -  И пушечку свою ты б убрал лучше, - посоветовала девица. - Засунь ее себе в штаны подальше, и лучше будет, если ты про нее позабудешь. Вообще, на хрен - понимаешь? А то пришьют тебя без разговоров. А обидно будет, если и в самом деле Способность у тебя...

    Анатолий счел совет этот - уничижительный по форме, но справедливый по сути - довольно логичным и убрал парализатор в чехол.

    -  Вы меня принимаете за кого-то другого, - начал объяснять он - как можно спокойнее. - Я... Я ищу своего товарища. Он... Он потерялся в этом тумане. И почему-то не отвечает на мои... на наши сигналы. Если вы хоть как-то...

    -  На ваши сигналы... - задумчиво прожевала его слова незнакомка. - Да ты не один здесь, значит... Странный ты парень... А напарник твой или поумнее тебя уродился, или уже захомутали его... Хорошо, если не кончили.

    Она поднялась на ноги - легко, как мальчишка, - и сделала шаг назад, в туман. Голову она склонила набок, внимательно вглядываясь в лицо Смольского:

    -  Странный ты, парень. Словно с небес свалился...

    Анатолий не стал уточнять, что именно так и обстоят дела. А незнакомка подвела итог:

    -  С тобою лучше не связываться. Ты лучше по темноте не шастай - добром не кончится. Ты здесь - у огонька посиди тихо-смирно. А я, если...

    Она еще на шаг отступила в мглистую темноту.

    -  Если встречу народец понадежнее - к тебе подошлю. Чтоб нам тебя разъяснить, а тебе - нас...

    Она отступила еще на пару шагов и стала почти неразличима в слабо мерцающем мраке.