Корри нахмурилась. Неужели Ли Хуа действительно так страдает от своей службы? Возможно, есть другая, более серьезная причина ее поступка. Она чем-то очень напугана.

– Хорошо. А что ты собираешься делать на Севере?

– Не знаю. Может быть, стану старателем.

– Старателем?

– А почему бы нет? Женщины тоже могут искать золото. Женщины все могут!

Корри была потрясена идеей Ли Хуа. Но это невозможно! Ли Хуа поедет с ней в Дайю, поскольку пароход не может повернуть обратно, а потом Корри незамедлительно отправит ее домой. Но какой несгибаемой волей обладает эта девочка!

– Давай-ка ложиться спать! Я тебе дам кое-что из одежды, чтобы ты могла снять наконец эти штаны.

– У меня есть своя одежда. Она в том сундуке, где я сидела.

– Ладно, мы достанем ее завтра. Если только капитан Картер в ярости не выбросил этот проклятый сундук за борт.

Ли Хуа забеспокоилась.

– Я надеюсь, что он этого не сделает. Как же я не подумала! У меня там не только одежда… Корри, спасибо тебе, что ты согласилась за меня заплатить. Я не знаю, чем бы это все кончилось для меня.

– Кончилось бы тем, что ты стала бы наложницей капитана Картера. Ну давай, выбирай койку. Пора ложиться спать.

Среди ночи их разбудило осторожное поскрипывание половиц за дверью. Корри села на койке, ее сердце замерло. Звук изменился, казалось, что кто-то пытается в темноте нащупать ключом замочную скважину. Корри вспомнила, что она закрыла дверь на засов, и немного успокоилась. А вдруг это крыса? Если так, то очень трудолюбивая; время шло, а звуки не прекращались. Ладони и ступни похолодели и стали влажными. Корри услышала шорох на верхней койке и поняла, что Ли Хуа тоже не спит. Корри прошептала:

– Ли Хуа, ты слышишь?

– Да.

– Как ты думаешь…

Но тут раздался громкий металлический скрежет отодвигаемой задвижки. Дверь стала медленно, со зловещим скрипом открываться, впуская внутрь ночные звуки погруженного в сон корабля – рокот парового двигателя, приглушенные голоса и шаги тех, кто ночевал на палубе, удар склянок. В дверном проеме возник черный силуэт. Корри, затаив дыхание, в ужасе смотрела на него. Так же таинственно и беспощадно появляется из темноты кровожадный монстр в кошмарном сне.

– Не нужно поднимать шума, милые дамы, Это всего лишь я.

Корри сразу же узнала этот голос с неизменным самодовольным смешком. Она слышала его несколько часов назад, сначала дрожащим от злости на Ли Хуа, потом – со слащавым похотливым оттенком. «Теперь вы у меня дважды в долгу… Она могла бы…» Неужели он пришел, чтобы получить с нее «долг»?

– Капитан Картер! Что вы здесь делаете? Как вы вошли? Я же закрыла дверь на задвижку.

– Да? Но я же говорил вам, что держу эту каюту для друзей, поэтому задвижка заклинена и не работает.

Несмотря на кромешный мрак, у Корри не было сомнения в том, что Завулон Картер улыбается и в темноте блестят его золотые зубы.

– Уходите отсюда, пожалуйста! Как вы посмели так бесцеремонно ворваться в нашу каюту?

– В вашу каюту? Я повторяю, что держу ее для друзей. Я сделал вам одолжение, пустив сюда. Вы могли бы сейчас спать на палубе, под открытым небом, в окружении сотни мужчин. Вам бы этого не хотелось, миссис Прайс, правда? Даме не пристало спать в таких условиях! А здесь намного удобнее, не так ли?

Корри вскочила с койки, забыв, что на ней лишь ночная рубашка.

– Убирайтесь отсюда! И немедленно! А то я закричу.

– Валяйте, кричите. Снаружи сильный ветер, корабль скрипит от качки, и вас никто не услышит. А если и услышат, то подумают, что это развлекаются девицы мадам Матти Шеа.