Я остановилась и горько всхлипнула. Зандер коснулся моей поясницы, он успокаивающе поглаживал меня.

– Брексли.

Мое имя едва слышно слетело с его губ, голос Зандера был нежным, и в нем звучала печаль.

– Не надо, – прошептала я, – не говори, что все будет хорошо или что я смогу это сделать.

Я посмотрела на него снизу вверх.

В его карих глазах стояло так много эмоций. Зандер посмотрел на меня.

– Выживи. Не все происходит так, как кажется.

Он схватил меня за руки и, притянув к себе, поцеловал. Его мягкие губы скользнули по моему рту. Я впитывала эту доброту и удовольствие в себя.

Приняла его голод и страсть, словно Зандер был зарядной станцией, посылавшей мне силу. Я была грубой и требовательной. Настаивала на большем. Кусала его губы. Зандер старался не отставать от меня, но я знала, что требую слишком многого.

Так было всегда. Ни один парень не удовлетворял меня, оставляя подавленной. Я думала, что дело в Кейдене, но теперь кажется, что во мне.

Мне всего мало.

Зандер вырвался и откинул голову назад. Он смотрел вниз…

– Брексли… – произнес он мое имя с благоговением, – мне нужно сказать тебе…

– Теперь я понимаю, почему так долго, – прорезался ледяной голос и обвился вокруг меня как удав, притягивая меня к фигуре, стоящей по другую сторону ворот.

Черт.

Пристальный взгляд Уорика прожег меня, страх пронзил меня насквозь, и я отступила от Зандера.

– Я помешал твоему последнему прощанию с ослом? – усмехнулся Уорик, небрежно прислонившись плечом к решетке, перекатывая зубочистку во рту. Волк казался расслабленным, но в глазах стояла угроза, когда он впился взглядом в Зандера.

– Я принимаю форму лошади, – отрезал Зандер в ответ.

– Без разницы. Все равно задница. – Уорик пожал плечами и посмотрел мне в глаза. – Немного удивлен твоим выбором, Ковач. Думаешь, трахнувшись с охранником, получишь привилегии. Тогда не за того взялась.

– Заткнись. – Зандер шагнул вперед и сжал челюсти. – Считаешь, тебе весь мир принадлежит. Думаешь, ты могущественный. Ты пленник, как и все остальные. И я жду не дождусь, когда с тебя собьют спесь. Когда-нибудь тебя убьют, и ты будешь забыт. Без фанфар, никто не станет тебя оплакивать и переживать.

– Верно, когда-нибудь я, вероятно, умру, но гарантирую, что весь мир будет скорбеть, словно потерял бога. – Уверенный голубой взгляд Уорика столкнулся с моим. – И определенно кому-то все равно не будет.

– Твоя мать не в счет.

Я уставилась на Уорика, мой страх сменился раздражением. Зачем он сюда пришел? Это не в его стиле. Он не стал бы ждать. Пришел, убил, ушел. Почему меня ждал?

Он фыркнул, прислонившись спиной к воротам, указывая на трибуны, сходящие с ума.

– Тааак… мы все здесь ждем тебя. Когда же будет готова принцесса. Ты – звезда шоу, в конце концов.

– Ты засранец.

Я злилась, подавляя страх, который испытывала несколько минут назад.

Уорик рассмеялся, все так же смотря на толпу, он ковырял зубочисткой в зубах и наслаждался днем.

– И это все? Жалко. Моя бабушка называла меня и похуже.

Прежде чем я успела подумать, я уже подошла к воротам. Просунула пальцы сквозь прутья решетки и, вцепившись в его волосы, дернула назад.

Его голова с грохотом врезалась в решетку, а я шепнула ему в ухо:

– Тоже могу, Фаркас.