Конечно, зиндан - он и в Африке будет зинданом, но одно существенное отличие в нынешних условиях все же имелось. Как ни крути, а темницы Урала всегда будут холоднее подземелий Кавказа и Хорватии. Вот и в этой яме от стен и пола разило явственной могилой. Не улучшал положения и запах пребывания прежних узников.

Так или иначе, но поспать Зимину практически не удалось. Чтобы не замерзнуть, приходилось постоянно приседать, размахивать руками и проводить энергичные «бои с тенью». Хорошо хоть дно темницы покрывало несколько слоев разномастного картона, - должно быть, сбрасывали прежним узникам сердобольные жители села. В основном это были упаковочные коробки, которые пусть в малой степени, но все-таки защищали от холода. При этом нижний слой давно успел отсыреть, да и верхние слои явственно отдавали прелью и плесенью. Тем не менее, разыгрывать из себя брюзгу Стас не стал. Старуха была права - чем дольше никто не пронюхает об исчезновении Гринева, тем большее расстояние сумеет покрыть юркий спасатель. А на то, чтобы добраться до города, Зимин не сомневался, Василию понадобится не один и не два часа. К этому следовало добавить незнакомую местность и множественные ловушки, о которых вскользь помянула загадочная старуха. Это могли быть очередные самострелы, волчьи капканы и даже вполне боевые мины. И здесь уж Василий становился на скользкий путь сапера, - если случится ошибка, то только один-единственный раз.

Наверное, самому Зимину было бы легче обойти искомые ловушки и добраться до Димки Харитонова, но в то же время он отлично понимал, что в сравнении с Гриневым имеет значительно больше шансов на выживание в этом гадюшнике. А потому Стас ровным счетом ни о чем не жалел и ни в чем не раскаивался. Разве только в том, что уговорил Василя пойти с ним на поиски девушек, но эту ошибку он как раз и исправил, если не считать гибели замечательного пса по кличке Лорд…

Уже на рассвете, когда первое зыбкое сияние высветило скудный интерьер его темницы, Стас занялся созданием манекена. В этом смысле картон - не самый плохой материал, и очень скоро, не без сожаления пожертвовав собственной «ковбойской» рубахой, он соорудил нечто напоминающее человеческую фигуру. Конструкция отдавала основательной «липой», но ничего иного в столь неподходящих условиях он соорудить бы не сумел. Так или иначе, для первичного обмана достаточно было и того труда, что затратил Зимин на свое утлое создание. В конце концов, у «фигуры» наличествовали все положенные человеку конечности, включая руки и ноги, а картонную голову он даже не поленился украсить полоской цветной ткани. И все-таки главные свои надежды Зимин связывал с царящей в зиндане полумглой. Если не будут вглядываться, то ничего и не заметят. Ну, а спустятся вниз, не спасет и самая искусная маскировка.

Так, собственно, и получилось: дважды мимо темницы шествовал патруль, бандиты гремели замком, проверяя прочность дужек, склоняя головы над решеткой, однако все обошлось, и муляж Зимина выдержал экзамен с честью. Все, что охранники могли видеть, это пару скукоженных на дне ямы фигур. И, разумеется, всякий раз Зимин недовольно поднимал голову, посылая незваных гостей куда подальше. Ногой при этом он легонько раскачивал и картонный муляж, создавая впечатление, что на появление патруля реагируют оба пленника.