- Тебе ни в коем случае нельзя вставать! Бабушка сказала, что день или два будет сильный жар, а жар нужно перележать.

- Много она понимает - ваша Бабушка! - Стас все-таки позволил себя поддержать. - Кстати, почему бабушка?

- Потому что ей так больше нравится!

- Тогда понятно… Непонятно другое: как это она вас к вязанию приучила?

- И тебя приучит, если захочет.

- Ну, уж дудки!

- Приучит, приучит! - Мариночка через силу улыбнулась. - Ты ее просто не знаешь. Бабушка может делать с людьми все, что угодно: может лечить, а может обращать в полное рабство.

- Что-то вроде кодирования?

- Ага. У нее тут все работают: кто вяжет, кто дрова добывает, а кто скотиной занимается. У каждого свой строго очерченный круг обязанностей.

- И у вас?

- И у нас.

- А у бандитов?

- Наверное, и у них тоже имеются свои дела, только этого мы не знаем.

- Да уж, вижу, что не знаете… - шатко приблизившись к окну, Стас открыл ставень, лбом прижался к деревянной раме. - А это еще что за драндулет во дворе?

- Обычный грузовик, - Мариночка безразлично пожала плечами.

- А раньше вы этот грузовик видели?

На этот раз плечами пожала Маргарита. Машину она наблюдала здесь не впервые, однако какого-то особого любопытства не испытывала.

- Да вы что, не понимаете? - Стас разволновался. - Если есть машина, выходит, должна быть и дорога.

- Ну, и что?

- Как это что?! Если есть дорога, значит, отсюда в любой момент можно бежать.

- Бежать отсюда невозможно, - тусклым голосом отозвалась Мариночка. - Я уже пробовала однажды, не получилось.

- Один раз ничего не значит! Можно попробовать еще раз!

- А зачем?…

Взглянув на девушек более пристально, Стас коротко присвистнул:

- Эге! Да ваша бабуля никак сглазила вас!

- Она не занимается сглазом, это совсем другое.

- Ну, да, конечно. Пошептала над вами и все дела!… - Стас обеспокоено покачал головой. - То-то я гляжу, вы какие-то тормозные! Даже подумал, может, что случилось?

Он порывисто обнял Маргариту, притянул к себе за плечо Мариночку. Гладя их по волосам, и сам не сразу понял, насколько глупо прозвучала его последняя фраза. В самом деле, что может случиться еще после всего того, что перенесли эти девушки?

- Вот, что мы сделаем… - торопливо заговорил он. - Мы сейчас сядем, и вы все мне спокойно расскажете. От начала и до конца… - Зимин почти насильно усадил своих подруг на деревянную лавку, тяжело опустился рядом. Потревоженное плечо немедленно вспухло огнем, и какое-то время он сидел с закрытыми глазами, терпеливо пережидая боль. И снова они повели себя необычно. Не заметили ни его гримасы, ни закрытых глаз. Стало быть, он не ошибся, - старая чертовка действительно околдовала девушек. Возможно, ради их же блага, но Стасу подобная опека с каждой минутой нравилась все меньше. С некоторым испугом он прислушался к себе, силясь выявить те тайные знаки, которыми наделяла Горбунья своих подопечных. Как ни крути, а он пролежал здесь в беспамятстве несколько часов, и за это время Горбунье ничего не стоило подвергнуть своему чертовому гипнозу и его. Не очень понятно, где она этому научилось, но не подлежало сомнению, что колдовать она и впрямь умеет. Продолжая с беспокойством взирать на девушек, Стас внутренне признал, что с подобным ему пришлось столкнуться впервые. Ничего похожего он никогда не встречал и, может быть, поэтому ощутил первородный животный страх. Старуха была немощна и стара, но она располагала чем-то совершенно иным - силой, перед которой пасовали молодость, зубы и мускулы…

Глава 17

Короткого сна и контрастного душа хватило Гриневу, чтобы прийти в себя.