– Перестаньте есть меня глазами, сейчас я вам все объясню. Можете присесть. Так вот… Ну не на голову же мне присесть, черт побери, вы что, оглохли?!

Толпа на шаг отступила. Главный инженер тяжело вздохнул и отказался от мысли добиться большего.

– Итак… Как бы вам это… Так вот, нечто настолько омерзительное, что я даже боюсь втравить вас в это дело. Черт знает, что вам тогда в голову придет. Вы должны мне тут клятву дать, честно, как люди: ничего, дескать, предпринимать не будем. Иначе фигу вам с маком, ничего не скажу. Можете валять дурака без меня!

– И за этим ты нас аж в такую даль приволок? – изумился Януш. – В институте поклясться нельзя?

– На пещеру заговорщиков это место совсем не похоже, – оценил лесок Каролек, прижимая к груди коробку из-под обуви и осматривая прелестный, тихий и редкий лесок. – Разве что подождать до полуночи – может, прилетят какие-нибудь совы или нетопыри.

– Кто не поклянется, того сразу пришить и закопать вон в том песочке, – предложил Лесь, показывая пальцем на островок песка на опушке.

– А кто не заткнет пасть, того пришьют еще раньше! – разозлился Стефан. – А ну тихо, и пусть он говорит! Я могу поклясться, я еще с самосвала не упал, чтобы на свою голову лишнюю работу искать! Пусть ты раскопал самое худшее дерьмо – я все равно в него влипать не стану!

– В дерьмо – станешь… – буркнул Влодек.

Главный инженер выглядел озабоченным и расстроенным. Его терзала мысль, не хватил ли он в этом деле лишку. В оправдание он говорил себе о праве личности на субъективный опыт. Его личность требовала субъективного опыта именно в этом роде… Он глубоко вздохнул:

– Сейчас сюда приедет один тип. Кто такой – вам знать не обязательно. Он вам скажет всю правду, но он не хочет быть узнанным в случае чего. Я вам скажу только, что он работает на бойне в Млаве…

– Что-что? – вдруг заинтересовалась Барбара.

– Он на бойне работает, говорю. У вас будут сведения из первых рук. Я об этом распространяться не стану, мне тошно от этого становится. Еще одно только: вашего замминистра узнали без всяких оговорок, все сходится…

Главный инженер умолк. Коллеги, потрясенные услышанным, про себя переваривали информацию. Всех стали беспокоить смутные ассоциации, только вот не вспомнить, с чем именно. Над головами весело зачирикала птичка.

Тишину неожиданно нарушил рев мотоцикла – он донесся с дороги и замолк возле автомобилей на опушке. Главный, заваривший всю эту кашу, уже не вернулся к теме, а оторвал спину от дерева и отправился в том направлении.

Спустя несколько минут он вернулся вместе с человеком такой внешности, от которой дух захватывало. Шлем и мотоциклетные очки он нес в руке. Вместо головы и лица у него был какой-то бесформенный ком грязно-желтого цвета с прорезями для глаз и рта. Благодаря прекрасной солнечной погоде впечатление немного смягчалось, ибо ночью и при свете луны оно бы напрочь исключило возможность каких-либо переговоров.

– Дневной вампир!… – вырвалось у Леся.

– Присядьте где-нибудь, – предложил измученным голосом главный инженер, – не разговаривать же стоя…

Никто не обращал внимание, на что садится, потому что как завороженные таращились на зловещую маску. Вампир нашел себе пенек и разместился на нем по возможности удобно.

– Я вам сразу скажу, – сказал он без предисловий, пользуясь всеобщим молчанием, – дня не бывает, чтобы эти недоноски не приезжали к нам за мясом, а уж по четвергам и по пятницам – форменным образом караваны тянутся. Из Варшавы от начальника отдела и выше едут. Шоферов не берут, чтобы с ними не делиться. Машины исключительно служебные, некоторые еще и командировки себе выписывают – рыла свинячьи изголодавшиеся! Нечего говорить, полные багажники им приказывают нагружать, мясо первый сорт, никакого там мороженого, только парное, аж слезы наворачиваются.