Должно быть, он увидел шок на моем лице, когда радостно фыркнул.

— Она не беременна. Это помогает мне следить за всем, когда я занят.

Я заглянула в гостиную, увидела полупустую миску орешков кешью и бутылку «312» на кофейном столике, а также включенный канал «Лайфтайм» на телевизоре.

— Занят? — спросила я.

Он лениво улыбнулся.

— У всех нас есть свое хобби. Теперь, входи уже или проваливай. Ты впускаешь холодный воздух.

Катчер Белл. Двадцать девять лет от роду, а ведет себя как шестидесятипятилетний.

Я вошла внутрь, и Катчер закрыл дверь за мной, сразу же отправившись на диван. Я прошла через гостиную и столовую в кухню, где находилась дверь в подвал. Я положила мороженое в морозильник и спустилась вниз по лестнице.

А затем я просто вытаращилась.

То, что раньше могло отлично подойти для фильма ужасов — темные углы, паутина, банки с сомнительными веществами и прочая магическая дрянь — все это стало таким светлым и сияющим, как владения Марты Стюарт. Стены были окрашены в вишнево-белый, а пол покрыт длинными досками медово-золотистой древесины. Потолок был отделан и в нем было установлено встроенное освещение. Пространство теперь было заполнено белыми шкафами и книжными полками, а на полках выстроились стеклянные банки с висящими этикетками. Наперстянка, аконит, зверобой и сотня других.

В центре комнаты стоял гигантский белый остров, столешница которого балансировала на полках, уставленных старомодными книгами. Мэл, одетая в футболку и длинные, украшенные перьями, сережки, волосы которой были копной синевы, сидела на табурете за островом, дробя нечто зеленое и ароматное в мраморной ступке пестиком, рядом лежала радио-няня, о которой упоминал Катчер. Мэл улыбнулась и присвистнула, продолжая работать, с наушниками в ушах, изредка поглядывая на гладкий планшет, смешивая ингредиенты. Все это выглядело очень по-пригородному, не совсем тот термин, с которым у меня ассоциировалась Мэллори. И все же, ей, похоже, все это идеально подходило.

Наконец она поняла, что была не одна, подняла глаза и вытащила наушники из ушей, вытирая руки о фартук, повязанный вокруг ее талии.

— Привет, — сказала она с улыбкой. — Добро пожаловать в новую обитель.

Я покрутила рукой в воздухе, указывая на все пространство.

— Что, черт возьми, здесь случилось?

— Катчер случился, — ответила она заговорчески. — Он чувствует, будто не справился, когда был моим наставником, ну, знаешь, во время того печального периода. Поэтому сделал это. Разве это не феноменально?

— Это поразительно. Выглядит, как совершенно другое место.

— Думаю, в этом и был весь смысл. Чистый лист и все такое. Но это далеко не лучшая часть. — Она поднялась и перегнулась через стол, доставая планшет, в котором были зажаты вырезки из журналов. Листы бумаги сдерживал алюминиевый зажим. «Благие поступки», — гласил заголовок, с ключевыми моментами, которые еще не были заполнены.

— Благие поступки? — спросила я.

— Это мой список дел, — ответила она. — На самом деле, это Таня предложила. Чтобы я научилась использовать магию — на этот раз всерьез — с благотворительной целью.

Я пережила мгновенный укол ревности, что Мэллори и Таня стали подругами. Не то, чтобы я сожалела о ее новой дружбе или сочувствии, которое, несомненно, проявили по отношению к ней другие сверхъестественные, когда она открыла себя этому миру. Думаю, я была, как часто обвинял меня Этан, более человечной, нежели большинство.

— Какого рода благие поступки?

Она положила планшет обратно на стол.

— Вот это мы сейчас и пытаемся выяснить. Я думаю, что буду предлагать свои услуги Чаку, когда он поправится на 100%.