Я велел псу потерпеть и заглянул под машину, проверить, не приладил ли мне кто-то бомбу или не повредил ли тормоза или рулевые тяги, пока я отсутствовал. Затем я проверил мотор. В наши дни в моторах можно встретить массу всяких новых и вовсе не обязательных приспособлений, но ничего лишнего добавлено за это время не было.

Я, правда, не думал, что Хольц устроит фокус со взрывчаткой. Есть ребята, которые убирают противников нажатием кнопки дистанционного управления, и те взлетают на воздух, есть ребята, которые, напротив, предпочитают проделывать в тех, кому настала пора помереть, маленькие дырочки собственноручно. Хольц, как и я, принадлежал именно к этой категории.

Впрочем, я вздохнул с облегчением, когда оказалось, что мой автомобиль не устроил фейерверк, а послушно съехал по трапу и влился в вереницу машин, двигавшихся по извилистому шоссе вдоль берега. При первой же возможности я остановился и выпустил пса.

Мимо без остановки проследовал "кадиллак" Либби. Пит был уже далеко впереди в своем "плимуте". Вскоре мимо меня проехал и фордовский фургончик, но было слишком плохо видно в тумане, чтобы понять, кто за рулем - Смит-младший или его бородатый партнер. Я понятия не имел, где остальные бойскауты, которым полагалось присматривать за мной и за теми, кто вступал со мной в контакт. Впрочем, они меня мало интересовали, коль скоро не путались под ногами. Пока они действовали неплохо. При всей их общей наивности слежку они проводили профессионально.

Хэнк весело обследовал мокрый после дождя каменистый берег. Он слишком долго просидел взаперти и потому заслуживал хорошей разминки. Меня потихоньку пробирал холодный ветер, что ж, это уже Арктика. Впереди мерцали огни Хейнса. Сзади огни причала. Я оглянулся. "Матанушка" отходила от причала, направляясь дальше на север, в сторону Скагвея. Я снова должен был сам находить дорогу. Когда Хэнк отстрелялся из двух орудий и восстановил контакт с сушей, я загнал его обратно и двинулся к спящему городу в еле-еле начинающих светлеть потемках.

Глянув в зеркало, я заметил, что "плимут" Пита выехал с бензоколонки и пристроился за мной. Он явно решил прибегнуть к открытой слежке, надеясь, что это вызовет у меня приступ ярости, испуга или вины. Жаль. Я, конечно, уважаю лояльность, но он что-то переигрывал, напоминая о своей верности покойному партнеру. Он мне мешал.

Пока Хэнк резвился, кавалькада машин уехала далеко вперед, и теперь мы с Питом получили Аляску в наше полное распоряжение, особенно, когда город остался позади и мы покатили по асфальтированному шоссе в два ряда по берегу какой-то довольно большой реки. Мы двигались вверх по течению. Я видел, как между деревьев поблескивала вода - странный призрачный серо-зеленый цвет. То здесь, то там бурлили водовороты. По мере того как цивилизация отступала, я набирал скорость, выискивая одновременно с этим удобное местечко, чтобы напомнить Питу, что висеть на хвосте - признак неумения как следует обращаться с машиной.

Мне потребовался резкий поворот и обрыв с левой, то есть речной, стороны. Проехав несколько миль, я отыскал то, что хотел. Я быстро прошел поворот, потом дал тормоз и, включив мигалку, свернул вправо, вроде бы собираясь остановиться. У Пита, не пожелавшего отстать, выбора не было. Ему нужно было проскочить меня или, по крайней мере, попробовать это сделать. Может, он и впрямь решил, что я захотел сделать остановку. Когда он возник, я переключил скорость и рванул машину вперед. Двести сорок лошадиных сил грузовика - шутки в сторону - взревели под капотом. Пикап наддал ходу как раз, когда Пит со мной поравнялся.

Пит сделал попытку уйти вперед, но у него не было на это шансов. Его фургон был слишком стар и немощен.