— Джек подбежал к ее стороне машины и обнял тетю.
Лейси наклонилась к мальчику и нежно его поцеловала.
— Я получила большое удовольствие. Всегда приятно путешествовать с таким галантным кавалером, — сказала она.
Джек расплылся в улыбке. Потом, обернувшись, сказал:
— Пошли, Артур.
Артур положил руку мальчику на плечо.
— Ты бы сначала поднялся наверх и сказал отцу, что ты здесь.
— Тетя Лейси скажет ему. Да, тетя Лейси?
Лейси хотела уехать, не повидавшись с Дэрмидом: в ее душе еще не остыла обида за то, что он обсуждал свое дело с Джорданом без нее. Но Джек прыгал на месте от нетерпения, и она не смогла отказать ему.
— Конечно, я скажу папе. Беги.
— Вы просто входите, — сказал Артур, — звонок не работает, и хозяин сверху все равно не услышит, если вы постучите.
Лейси вышла из машины и направилась к дому, ступая осторожно, чтобы не испачкать туфли. Справа был спускавшийся уступами склон. Когда-то Элис превратила его в живописный сад. Теперь сорняки царствуют там и душат многолетние цветы, за которыми Элис ухаживала с такой любовью. Но не только сад пришел в запустенье. С входной двери облупилась краска, бронзовая ручка покрылась ржавчиной. Окна, когда-то широко распахнутые навстречу весеннему солнцу и ветру, теперь плотно закрыты — словно отгораживают внутренность дома от внешнего мира.
Лейси открыла дверь и вошла в прихожую. Когда-то блестевший пол покрыт грязью. У входа валяются перепачканные сапоги. На столике и па картинах толстый слой пыли… Ей захотелось плакать.
Как он мог! Как мог Дэрмид МакТаггарт превратить дом Элис в свинарник!
Дэрмид вышел из душа и, подобрав с пола полотенце, вытер им волосы. Потом обвязал это полотенце вокруг бедер, провел рукой по запотевшему зеркалу, расчесал волосы щеткой и бросил ее вместе с бритвенными принадлежностями в дорожную сумку. Завтра он отправится в клинику. Завтра сделает то, от чего всю оставшуюся жизнь у него будет ныть сердце. Дэрмид чистил зубы и думал, что, когда он подпишет необходимые бумаги, его единственным желанием будет пойти в кабак…
Но нельзя. Ради Джека…
Кто-то стучит в дверь спальни… Артур? Что ему надо? И вообще, когда это Артур стучался?
Дэрмид выключил воду и понял — в дверь действительно стучат, причем все настойчивей. А потом он услышал знакомый голос и с ужасом выплюнул зубную пасту, как если бы в ней был мышьяк.
Лейси Максвелл! Какого черта ей надо?
Он бросил в раковину зубную щетку, пошел к двери и тут же остановился. Лейси стояла на пороге в голубой майке, кремовой мини-юбке и кремовых туфлях; ее черные как смоль волосы падали ей на грудь, и она буквально пылала гневом.
— Ты что, не слышал, как я стучала? Или, может, ты оглох?
Он глотнул, и зубная паста застряла у него в горле. Не вполне веря своим глазам, он спросил:
— Что… что ты здесь делаешь?
— Как ты мог?! — крикнула она, сверкая глазами. — Как ты мог допустить, чтобы это место превратилось в помойку? Элис перевернулась бы в гробу…
— Я спрашиваю, что ты здесь делаешь? — мрачно повторил Дэрмид.
Лейси сердито махнула рукой.
— Я привезла Джека. Он очень скучал по дому. Хотя я не понимаю, как можно скучать по такому хлеву. Какое оправдание можешь ты найти тому, что здесь происходит? Это же просто ужасно!
— Ты привезла Джека, и слава богу. Если тебя больше ничто тут не держит…
— Конечно же, нет. Но я еще кое-что хочу тебе сказать.
— Честно говоря, мне не очень интересно, что вы скажете мне, мисс Максвелл. Пожалуйста, больше не являйтесь сюда из вашего полированного мира, чтобы учить меня жить. |