— Мы решили, что недостойны обыскивать шпиона, — поддержал я, — и доставили его к вам.

— Зарисовка-то уплыла?

— Паук поймал, — сказал я, подумав. — Ну или мог поймать. У него надо поспрашивать.

— Да ну, он такую бумажку и не заметил, поди, — отмахнулась Афадель. — Да и размокла она, я видела.

— То есть если я вас отправлю понырять за доказательством?.. — брови Трандуила вопросительно поднялись.

— Размокло, — твердо ответила Афадель.

— Что ж, обыщем… — пропел Трандуил и подвигал бровями.

— Кто будет обыскивать? — радостно спросила подруга. — Могу я.

— Нет, я сам, — ответил король. — Давно я не обыскивал… пленных…

Кажется, Афадель предпочла бы, чтобы Трандуил обыскал ее, но нет, тот сошел с трона и приблизился к смертному. Смертный затрепетал: вблизи король впечатляет, особенно если улыбается.

— У вас брови на гусениц похожи, — выдал он вдруг, и Трандуил онемел. О гусеницах он даже слышать не мог!

Корона встала дыбом. Олень осуждающе покачал рогами. Он не любил, когда обижали Трандуила.

— В темницу! — рявкнул король.

— Это произвол! Я жаловаться буду! — вскрикнул смертный.

— Кому же ты будешь жаловаться? — с интересом спросил Трандуил. — Саурону? Или кто прислал тебя сюда? Отвечай!

— Какой Саурон? О чем вы?! — вытаращился на него незнакомец. — Я просто пейзаж набрасывал, а на меня кинулись, начали мечами тыкать, потом паука натравили…

— Врет? — спросил Трандуил у нас.

— Врет. Он первым меч выхватил.

— Нападение на стражу границ с оружием — это статья… — Транудил подвигал бровями. но умолчал, что это статья дохода.

Еще он умолчал, что мы были не при исполнении, но это, право, такие мелочи!

— Назовись, смертный, — потребовал он, возвращаясь на трон и величественным жестом закидывая ногу на ногу, — если не желаешь распроститься с головой!

Смертный что-то проблеял. Ну натурально — не понимаю я таких сочетаний звуков. Не по-орочьи, и то хорошо.

— Вы что-нибудь разобрали? — нахмурился Трандуил. Мы помотали головами. Олень тоже. Даже гусеница — и та мотнула головой и свернулась клубком. Король машинально ее погладил. — Смертный, скажи, как тебя называть, можешь прозвище, потому что имя твое слишком неудобопроизносимо!

— Серый, — буркнул он.

Мы с Афаделью переглянулись и решили, что Гэндальф сильно изменился за лето.

— Митрандир? — спросил король. — Но как… И почему? И что вообще происходит?

Тут он вспомнил, как Леголас перепутал Арагога с Арагорном, и немного успокоился. Тем более, этот Серый никак не мог быть Митрандиром, ну разве только тот изобрел заклинание омоложения и начисто потерял память. Вдобавок, по данным нашей разведки, Митрандир должен был путешествовать где-то в окрестяностях Мордора.

— Ну хорошо, Серый… — протянул король. — Объясни, как ты забрел в мой лес и чем занимался?

— Я рисовал, — с видом оскорбленного достоинства ответил тот. — А забрел… ну как забрел… попал.

"Попал", — явственно читалось во взгляде Афадели.

— С какой целью? — спросил Трандуил терпеливо.

— Рисовал или попал?

— Сперва попал, потом рисовал.