— Если у вас нет поручений… у нас сегодня важные занятия, очень…

— Поручений у меня нет. Да, чуть не забыла главное, зачем я вас пригласила. Ваш папа просил передать вам немного денег. — Мария прошла в спальню. Деньги-то у нее были, но не совать же их ему просто так, без конверта. О, как хорошо! В сумочке она обнаружила конверт с любовным посланием, которое ей передал накануне отъезда мсье Пиккар. Она не читала его подробно, так, пробежала глазами по диагонали. Там все было изысканно и понятно. Мария выбросила письмо мсье Пиккара на кровать, а в освободившийся конверт сунула немножко деньжат. Благо конверт был не подписан и не заклеен. Выйдя из спальни, Мария протянула конверт Михаилу.

— Пожалуйста.

— Премного благодарен! — Юноша склонил голову в поклоне, и она увидела, какие молодые, какие блестящие у него волосы и как чист пробор между прядями. — Папе спасибо.

— Я передам.

— Разрешите идти? — Михаил откозырял и сунул конверт с деньгами в карман флотских брюк.

— Вы так спешите?

— Занятия очень важные. — Юноша застенчиво улыбнулся, глаза его неожиданно вспыхнули, и на секунду Мария увидела того самого Михаила, о котором мечтала. "Нет, он совсем не такой забитый, не такой оловянный…"

Из носа опять предательски побежало, и Мария уткнулась в скомканный платочек.

— Учитесь! Всего хорошего!

— Ой, спасибо, что вы меня отпускаете! — И он улыбнулся ей так счастливо, что как будто бы даже стал выше ростом и шире в плечах, и шея уже не казалась такой тонкой… Да, это все-таки был тот самый необыкновенный юноша, которого она встретила когда-то на яхте «Николь» и который произвел на нее тогда столь неизгладимое впечатление.

Михаил вышел из номера и плотно притворил за собою дверь.

Мария тупо поглядела на открытую бутылку на столе, на бокалы, один из которых был пуст, а в другом вина на донышке — для пробы, которая так и не состоялась. Конфета в золотой обертке, которую Михаил положил у своей чашки, исчезла.

— Мальчишка, — с облегчением засмеялась Мария, — конфетку-то не забыл! Совсем мальчишка!

Из высокого окна номера были хорошо видны и выход из гостиницы, и «Bistro» на другой стороне улицы. Вот Михаил показался из подъезда, и тут же из «Bistro» выбежала навстречу ему девчушка лет шестнадцати, явно француженка из бедных. Они встретились посреди улицы, прямо на проезжей части, и Мария отчетливо видела, как он протянул ей на раскрытой ладони конфету в золотой бумажке. Обнявшись, они вприпрыжку двинулись к «Bistro», и Мария видела, как уже у двери Михаил показал своей спутнице конверт с деньгами и как светились счастьем их лица.

"Что ж, он был прав, — подумала Мария, входя в спальню, — его действительно ждали важные занятия. Может быть, самые важные из всех занятий на свете". С истерическим хохотом она упала на огромную кровать, в дальнем углу которой белели на фоне персикового покрывала листки из послания мсье Пиккара.

III

Подавив хохот, Мария широко раскинула руки, закрыла глаза и полежала так на спине минут пять. Это было прелестное зрелище: на ворсистом покрывале персикового цвета женщина в светло-бирюзовом шелковом платье с длинными рукавами. Она рассчитывала на это платье: все говорили, что бирюзовое ей к лицу… Мария лежала бы еще, да так чихнула, что ее подбросило над необъятной кроватью.

— Господи, привязалось! — в сердцах воскликнула она, вставая. Пошла в ванную комнату. Зеркала почти не кривили и не передразнивали ее. Нос чуть припух, глаза красные, но, в общем, терпимо, с такой физиономией можно даже на люди показаться.