— Денни, послушай меня, ты не хорошо поступаешь с ней. Феб не хочет того, что ты делаешь. Ты разрываешь её на части. Остановись. Иди в ближайший полицейский участок и сдайся.

— Я должен охранять её. Это моя работа. Я хороший человек. Я полицейский. Я спасу её, чтобы больше никто не мог её обидеть.

— Ты не спасаешь её, Денни, ты причиняешь ей боль, пугаешь её.

— Она знает, что это моя работа. Она знает, что я делаю это для неё.

Колт попробовал другую тактику:

— Денни, откуда у тебя этот номер?

— Она дала мне его.

— Она этого не делала. Она не видела тебя много лет.

— Я всё время прихожу в бар.

— Приходишь?

— Да, прихожу. Сижу в конце стойки. Она приносит мне пиво. Она наблюдает за мной, когда думает, что я не смотрю.

Твою мать, у него в баре есть глаза.

— Денни, я делаю всё это. Ты не был в баре с тех пор, как она вернулась домой.

— Я всё время там, спроси Морри, он видится со мной.

— Нет, Морри видится со мной, Денни, а ты — не я, — сказал ему Колт. — Сдайся.

— Я спасу её, чтобы больше никто не мог её обидеть.

— Поступи правильно: сдайся.

— Я спасу её.

— Ты в городе? Поэтому ты знаешь, что она здесь?

— Я слежу за ней, я должен её охранять.

Господи, кто был глазами этого парня?

— Денни, не делай ещё хуже ни Феб, ни себе. Говорю тебе, лучшее, что ты можешь сделать, — это сдаться.

— Осталось ещё двое, и она будет в безопасности.

Звонок прервался, и Колт прошипел:

— Блядство!

Ещё двое. Один — это он, второй — неизвестно.

— Колт? — услышал он голос Феб и посмотрел на неё. Джеки стояла рядом с ней, обняв одной рукой за талию и прижимая дочь к себе.

— Это был Денни, — подтвердил Колт и показал на свой телефон. — Ты позвонила Салли?

Феб отстранилась от матери, подошла к нему и, кивнув, вручила ему телефон.

— Я сказала ему про звонок и дала свой номер.

Колт захлопнул её телефон и открыл свой. Пролистав список контактов до имени Салли, он нажал «позвонить».

Салли ответил после первого же гудка.

— Колт?

— Они его отследили?

— Не знаю. Я не должен занимать телефон, они перезвонят.

— Я тебя отпущу, но ты должен знать: у него есть глаза в баре, Сал, и он знает, что сейчас она у меня.

— Ясно.

— Отправь кого-нибудь в бар, пусть проверят, там могут быть камеры.

— А у тебя дома?

Холодок поднялся вверх по его спине.

— У меня тоже. Я всё осмотрю сегодня.

— Доложишь. Конец связи.

Колт захлопнул телефон и посмотрел на Феб:

— Надень что-нибудь, малыш.

— Он наблюдает? — прошептала она.

— Не знаю. Надень что-нибудь.

Она выбежала из комнаты.

— Я сделаю кофе, — сказала Джеки и пошла в кухню.

Колт последовал за Феб. Первым делом он хотел проверить спальню и сделать это в футболке.

* * *

Час спустя Колт сидел на диване, Феб прижалась к его боку, положив руку ему на живот и перекинув ноги через его бёдра. Она так сильно прижималась к нему, словно хотела слиться с ним.

Джеки сидела в кресле, повёрнутом к дивану, так же, как дочь, перекинув ноги через подлокотник. Она не отводила глаз от Колта.

Он обнимал Феб одной рукой, положив ладонь на её бедро, и старался выглядеть хладнокровным, хотя ни хрена не был таким.

Он держал свой телефон около уха и спустя один гудок услышал:

— Колт.

— Дом чист, Салли.