|
— он вновь слегка нагнулся и посмотрел на Мальсибера. Тот утвердительно кивнул. Да, забыл я о Хагриде. Последнего урода зачистили уже недели три назад. Собственно, он был единственный, кто каким-то образом смог ускользнуть от Рея. Действовал он отдельно от остальной группы, поэтому Мальсибер ничего не знал о нем. Этот кретин был все лишь наблюдателем, но я не прощаю взорванный Отдел никому, я просто не имею на это права. Так что все действующие лица ушли за Грань, кроме Эйвери. Так что Хагрида можно было выпускать.
Выдвинув верхний ящик стола, Дамблдор достал пузырек чернил, ножичком заточил перо и прибавил: — И еще нам потребуется новый преподаватель защиты от темных искусств. Ох, что-то они у нас не задерживаются… — Он пристально на меня посмотрел, а я ткнул пальцев в Рея. Тот аж позеленел и отрицательно помотал головой. Альбус смерил взглядом Мальсибера и о чем-то задумался. Наверняка о том, что если Рейнарда все-таки назначат на этот пост, мне таки придется снять проклятие с этой должности. Но, он пришел к правильному выводу: преподаватель Защиты от Темных искусств должен преподавать именно защиту, а не сами Темные искусства, огорченно вздохнул и перевел взгляд на Поттера, который уже направился к двери. В следующую секунду бедного мальчика чуть не прибило этой дверью.
На пороге стоял Малфой-старший. Сначала Люциус выглядел вполне адекватно, потом его взгляд сфокусировался на Альбусе, и началось: он взъерошился, стал каким-то агрессивным. Он с порога начал предъявлять претензии Директору, спрашивая, на каких основаниях тот вернулся в школу, хотя сам его и возвращал. Альбус у нас человек мягкий и не стал слишком травмировать психику больного человека, поменяв наложенный Люциусом на попечителей Империус всего лишь на угрозу. Мальсибер резко ко мне повернулся и злобно прошипел:
— Ты какого хрена с ним ничего не сделал?! Я же тебя полгода назад попросил разобраться!
— Я забыл. И вообще, почему я должен все помнить и со всем разбираться? — огрызнулся я.
— А кто я? Я могу с человеком разобраться только одним способом и у этого человека никогда никаких проблем больше не возникнет. И вообще, мне Малфой, как память дорог, — сбавил тон Рей. — Послушай.
— Ну и что, вы уже прекратили нападения? — продолжал наезжать на Дамблдора Малфой. — Преступник пойман?
— Да, — Альбус пристально смотрел на Люциуса и, слегка наклонившись, слегка прошептал не размыкая губ, — Ребята, пролегиллиментите его. Я такого бреда никогда не видел.
Я повернулся к Рею, владеешь, мол, зачатками ментальной магии? Он кивнул, и мы вперили взгляды в Малфоя. Защиты не было никакой. Да он в этом и не нуждался. В его голове была такая каша, что уцепиться за какую-либо картинку было архисложно.
— И кто же он?
— Все тот же злодей — Темный Лорд. Только в этот раз он действовал через другого человека. С помощью вот этого дневника. — Альбус показал на тетрадь.
Что произошло в голове Малфоя при этом — нужно рассказывать отдельно. Мелькание прекратилось, и была зафиксирована картинка дневника в библиотеке Малфоя между книг. Затем другая картинка, как Лорд отдает дневник стоящему на коленях Люциусу, а тот собственноручно его туда прячет.
Альбус протянул испорченный дневник Малфою, и тут началось опять мельтешение: вот Малфой стоит на коленях, а Лорд, разглядывая дневник, накладывает на него Аваду, а затем убивает всех остальных Малфоев, включая Клыка. Потом другая картина: Малфой, разглядывая испорченный дневник у себя в библиотеке, ставит стул и намыливает веревку, затем вешается на огромной люстре. Потом больше: Люциус стоит на коленях перед Лордом, а к нему с ножом подходит Белла и начинает пытать всех Малфоев и собаку.
— Ясно, — нараспев проговорил Малфой. |