Мои субботние размышления прервал проснувшийся Малфой. Бросив на меня подозрительный взгляд и придерживая руками голову, он проковылял в ванную. Я тем временем вытащил еще одну порцию антипохмельного зелья, отметив про себя, что нужно сварить еще. Чем я и занялся, пока Люциус, просматривал события предыдущей ночи в думосборе. Зелья я сварил много, с запасом. Все полки в шкафу были заставлены одинаковыми бутылочками. Когда я закончил их составлять, Люц закончил просмотр. Вынырнув из думосбора, он сел в кресло и оглядел комнату. Брезгливо поджав губы, он сказал:

— Слушай, а как этот парень залез туда, да еще и подушкой не забыл прикрыться?

— А что, это единственное, что тебя волнует после интересного утреннего кинопоказа «После столько выпитого проснуться утром — здорово»? И вообще, ты что, действительно мышей боишься? — я улыбнулся.

— Каких мышей? О чем ты? Если бы я мышей боялся, я бы у МакГонагалл не смог обучаться.

— Тогда что это было? Мышь! Там мышь, сделай что-нибудь!

— Понятия не имею, — Люциус пожал плечами. — Меня вот больше интересует Амбридж.

— О, ты смог найти в ней зачатки привлекательности? — я усмехнулся и сел в кресло напротив Люциуса. Он скривил лицо.

— Вот меня и так тошнит. Хотя я понял: ты решил таким образом вызвать во мне рвоту, чтобы я не выглядел таким помятым?

— Ну, почему сразу так-то. Просто ты так мило возлежал на ее постели…

— А то ты нет! — он усмехнулся.

— А вот на меня не наговаривай, я, между прочим, женатый человек!

— А я будто нет, — Малфой помассировал виски и откинулся на спинку кресла.

— А кого жена из дома выгнала?

— Не дави на больное. Я знаю Нарциссу. Перебьет всю посуду, вызовет мою мать с очередного отпуска — поговорят, перемоют мне кости, а потом Нарси сделает вид, что ничего не было.

— Ты так думаешь? — я удивлено на него смотрел.

— Я на это надеюсь, Сев. Тем более, когда в Мэнор припрется загоревший и отдохнувший Лорд и начнет метать молнии, что его верный слуга шатается неизвестно где, Нарси попробует меня простить, чтобы потом попытаться возненавидеть уже по более существенной причине.

— На жалость, значит, будешь давить?

— Почему сразу на жалость, — Малфой гордо вскинул голову. — Ну да, на жалость. А что мне еще остается делать?

— Да друг, — я махнул рукой. — так что там с Амбридж?

— Думаешь, такое вторжение она оставит просто так? — он усмехнулся. — Не удивлюсь, если она примет какой-нибудь очередной декрет, запрещающий аппарировать в пределах Хогвартса. — Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. — Главное, чтобы она Дамблдору не настучала. А то Рей за ней наблюдал долго, говорит, дятел из нее тот еще.

— А зачем он за ней наблюдал? — я удивленно вскинул бровь.

— Ну, ему ночью особо делать нечего в Отделе, вот он и смотрит длиннющий сериал: «Закулисная жизнь Министерства Магии». Иногда интересные вещи рассказывает: кто с кем спит, где, на чем и тому подобные мыльные истории.

— Не Министерство, а бордель. Аберфорду не боишься на глаза теперь показываться?

— Нет. Он мужик понимающий. Испугался вон, — Малфой на секунду задумался.