Я взял бокал и, понюхав содержимое, отпрянул.

— В таком деле главное начать, — прокомментировал Люциус и сделал внушительный глоток. Я вновь поднес бокал ко рту. Меня передернуло.

— Ты как можешь пить эту гадость в такую рань?

— Это не гадость, а лекарство. Давай-давай. Главное, не нюхай, и все нормально будет.

Я покосился на Невилла. Ему некоторое время назад продемонстрировали, что можно пользоваться магией. Воспользуется или нет? Невилл вновь горестно вздохнул и покосился на свою палочку, торчащую из кармана мантии. И, облизнув губы, вновь принялся за работу, разыскивая по всей комнате пустые бутылки и складывая их в огромный мешок. Эта покладистость ненормальна. Он же не считает себя на самом деле домовым эльфом? Взглянув на нас, он буркнул себе под нос вопрос, который, судя по всему, был все-таки задан нам:

— У вас что, праздник какой-то?

— Да, друг мой, — улыбнулся повеселевший Малфой. — Похмелье называется. А ты, что не пьешь? Не делай из меня алкоголика — одиночку. — Обратился он ко мне.

Задержав дыхание, я опустошил все налитое содержимое. Уже после первого бокала я захмелел. Но отвращения к спиртному уже не испытывал. Лонгботтом закончил работу и теперь стоял смирно и ждал, когда же его отпустят. А я задумчиво разглядывал мальчишку. В мой пьяный мозг забрела идея, которую я почему-то хотел осуществить.

— Устал? — спокойно спросил я гриффиндорца.

Тот судорожно кивнул и сразу же замотал головой.

— Значит, устал, — резюмировал я. — А не должен был. Слышь, Лонгботтом, не должен был устать.

— Да, какой-то слабоватый эльф получается, — оценивающе осмотрел Невилла и изрек Малфой. — Есть идеи? — спросил он у меня.

— Да, есть одна мыслишка. Пойдемте, — я вытащил слабосопротивляющегося мальчишку из комнаты и поволок к лестнице. Люц еле поспевал за нами.

Бегом мы добрались до восьмого этажа. Странно, что нам никто не встретился по пути. Снова. Как и в прошлую ночь. Дверь в Выручай-комнату появилась сразу.

Это студентам нужно ритуалистикой с беготней рядом с дверью и задумкой насчет того, что они ожидают там увидеть, заниматься. А я сам не знал, что мне нужно. Но с пьяным темным комната, видимо, решила не связываться.

Мы зашли в огромное и абсолютно пустое помещение. Под моим задумчивым взглядом в комнате стали появляться необходимые предметы. В основном тренажеры. Пол покрылся матами. На стенах появились зеркала и различные системы турников.

— Во, то, что нужно, — я обернулся к своим спутникам. Люциус держался молодцом, а вот Лонгботтом явно не выдержал моего темпа и теперь пытался перевести дыхание, прислонившись к стене.

— Пр… профессор, я не понимаю, — пробормотал Невилл.

— А что здесь непонятного Лонгботтом? — растягивая слова, проговорил Малфой, удобно устраиваясь на матах и разливая огневиски по бокалам. — Ты только посмотри на себя. Это же позор. Ты прежде всего дворянин, ты Лорд в конце концов, а выглядишь… хм… я лучше промолчу.

— А какая разница, как я выгляжу? Какое Вам до этого дело? — парень похоже действительно боялся только меня. — Ваше чувство прекрасного оскорблено? Так не смотрите! — Я глупо хихикнул. Почему — то мне вспомнился момент в той прошлой жизни, мой первый и последний рейд. Эх, знал бы Невилл, как мы исправляем оскорбление чувства прекрасного. Хотя, зачем мы, собственно, здесь?

— Сев, ты уверен, что рассказывал мне именно об этом Лонгботтоме? Может у него есть брат-близнец? Или это кто-то опять под обороткой? Сев, ты опять пасешь Поттера и используешь для сего действа данного конкретного мальчика?

— Вроде нет, — я задумался.