Он бросил мне сумку под ноги, в которой явно что-то звякнуло.

Я быстро нашел одежду, стараясь не рассматривать остальные предметы, лежащие в ней, и оделся. Как ни странно, все было впору, даже подгонять по размеру ничего не пришлось.

Эван в это время прогуливался поблизости. Заметив, что я готов, он развернулся одним неуловимым движением и направился в мою сторону.

Я впервые смог как следует рассмотреть свой кошмар.

Его походка удивительным образом сочетала в себе плавность и стремительность. Грация хищника в каждом движении завораживала. Порой казалось, что он летит, практически не касаясь ногами земли. Плечи и руки расслаблены. Лицо абсолютно бесстрастно. Губы постоянно искривлены в издевательской усмешке. Наверное, так хищник выслеживает и подкрадывается к своей добыче. Мне в какой-то момент сильно захотелось плюнуть на все, рвануть к дому и забаррикадироваться в нем. Но мужественно поборов в себе этот порыв трусости, я ожидал его приближения с упрямо задранным подбородком и сжатыми челюстями. В этот миг я, как никогда, чувствовал себя Гриффиндорцем.

Эван приблизился и встал передо мной, заложив руки за спину.

— Значит так, палку убрать.

А то ты не видел, когда волок меня сюда, что ее у меня нет. Однако я решил озвучить эту очевидность:

— У меня ее нет с собой.

— Почему?

— Что значит, почему? Я спал, между прочим, и палочку я под подушкой не держу. К тому же она мне в большинстве случаев не нужна, я и без нее могу.

— Я и без нее могу, — Эван передразнил меня, — а если она тебе понадобится? Вот представь себе ситуацию: на тебя напали и позарез нужна палка. Ты что, попросишь противника подождать, пока ты за ней сбегаешь? Это твое оружие, прежде всего. Если я еще раз тебя без палки увижу — накажу, и поверь, тебе это не понравится. Какова ее длина?

— Тринадцать с половиной дюймов, эбеновое дерево, сердечная жила дракона. Принадлежала до меня Салазару Слизерину. — Я позволил себе слегка улыбнуться.

— Да мне фиолетово, кому она принадлежала, и что ей внутрь запихнули. Я спросил тебя только о её размере, а не о всей подноготной. Значит тринадцать с половиной? Угу.

Он подошел к своей брошенной сумке и стал рыться в ней чем-то гремя.

— Вот, эти должны подойти.

Эван вытащил две палки примерно такого же размера, что и моя палочка и протянул их мне.

— Возьми в каждую руку по одной.

Палки только с виду напоминали волшебные. Они были очень тяжелые, скорее всего залитые внутри каким-то металлом.

— Что это?

— Это твои волшебные палочки с сегодняшнего дня, на время разминок. — Голос Роше звучал издевательски.

— А почему они такие тяжелые?

— Тяжелые? — он прищурился. — Значит для тебя вес около двух фунтов — это тяжело? — Мне сейчас показалось, что я задал неправильный вопрос. — Ничего, потерпишь. Взял в каждую руку по одной палке. Ты правша? Ну, начиная с сегодняшней разминки, ты забываешь об этом. А сейчас ты мне покажешь движение палочкой, самое сложное для исполнения, в твоем понимании.

Сложнейшим движением кистью руки, я считал свою сектумсемпру. Я бы тебе его и настоящей палочкой не отказался показать, гад. Но это одно из немногих заклятий, для которого нет беспалочковой формулы. Поэтому я, скрипя зубами, продемонстрировал движения.

— Озвучивать заклятье надо?

— Нужно.

— Что?

— Правильно говорить «нужно», а не «надо».