— Припугнуть народ? Мы не забираемся в дома, если в них есть люди. Кого ты собрался пугать?

— Если бы, к примеру, в тот раз, когда мы залезли к Пожарному Фреду, у нас было оружие, то мы не стали бы так долго с этим придурком возиться, а тебе он не устроил бы взбучки.

— Ага. Сейчас Фред лежал бы себе спокойненько на кладбище, а мы сидели бы за решеткой.

На Олли мои слова явно не действуют.

— Я ведь не сказал, что мы пришили бы его, просто припугнули бы.

— А если бы вид твоего ствола оставил бы Фреда равнодушным или если бы он вообще не увидел его? Или — что еще хуже — если бы ты случайно спустил курок, направляя дуло на Фреда? Либо на меня? Что тогда, Рембо?

— Послушай, тебя никто не заставляет что-то покупать. Не хочешь — не бери. А вот я, черт возьми, я хочу… Если у тебя нет такого желания, то и не надо…

— Если ты купишь себе такую игрушку, не рассчитывай продолжать работать со мной. Имей в виду: как только у тебя появляется оружие, ты мне не товарищ.

Электрик возвращается с таким видом, будто в последние несколько минут занимался подслушиванием нашего с Олли разговора.

— Вот, — говорит он, кладя стволы на стол. Оба выглядят довольно старыми. Один из них «люгер», второй — какой-то револьвер. И тот, и другой — черные, тяжелые и смотрятся чертовски устрашающе. — Можете рассмотреть их повнимательнее. Не бойтесь, они не заряжены.

Олли берет «люгер», и, когда его пальцы сжимаются вокруг рукоятки, зрачки заметно расширяются.

— Здорово! — говорит он зачарованно. — Не заряжен?

Электрик качает головой, и не успеваю я и рта раскрыть, как Олли нацеливается прямо на меня и начинает как ненормальный щелкать курком.

— Ты, придурок… Сначала надо в любом случае стрельнуть в воздух…

— Что? — спрашивает Олли. — А! Но ведь Электрик сказал, что он не заряжен.

— А мы, можно подумать, доверяем этому старому хрычу, как самим себе! Кретин ты! Именно такие моменты я только что и пытался тебе описать! Все несчастные случаи происходят подобным образом: безмозглые идиоты нередко вышибают мозги своим друзьям, просто играя. А ведь эта штуковина — не игрушка! Этот ствол настоящий и очень опасен!

— Заткнись! — говорит Олли, направляя дуло «люгера» мне в лицо. — А то я еще раз в тебя выстрелю.

Иногда пытаться втолковать что-то этому придурку совершенно бесполезно.

Нет, связываться с оружием у меня нет ни малейшего желания. Я ничего не хочу знать об этом дерьме. Помимо всего прочего меня смущает в приобретении стволов еще и то, что, если мы начнем размахивать ими, тогда и полиция, не задумываясь, схватится за пушку — у нее на это появится право. Что из подобной передряги выйдет — страшно подумать.

В данный момент, даже если копы застукают нас когда-нибудь за работой, мы имеем возможность каким-нибудь образом уйти у них из-под носа. Если же в дело будет вовлечено оружие, тогда кто-то кого-то обязательно пристрелит.

— И сколько ты за него просишь? — спрашивает Олли.

— За этот — пятьсот, — отвечает Электрик.

— Пятьсот? Ни хрена себе. Так много?

— Да.

Олли затихает. За удовольствие иметь у себя за пазухой фиговину, при помощи которой можно убивать людей, с него просят целых пятьсот фунтов. Это остужает его пыл.

— Но после того как вы сделаете дело, я согласен опять купить у вас стволы, — добавляет Электрик.