– Как будто их еще кто‑то способен скомпрометировать.

– Вот именно, сэр. Как бы то ни было, дворец их выпустил или нет, но таких спичек существует всего несколько коробков, а скрывающаяся за ними история добавляет им определенную пикантность – не правда ли?

– Но, насколько я понял, установить их происхождение невозможно?

– Думаю, нет, сэр. Это обычная беда со всеми так называемыми курьезными экземплярами.

– Жаль. Мой друг помешан на достоверном происхождении.

– Как и все настоящие филуменисты.

Фрэнк, околачиваясь поблизости, наблюдает за подозреваемым и, сам оставаясь незамеченным, бегло осматривает камеры слежения. Все камеры, которые он здесь видит, нацелены на хвостатого. Отлично.

– «Глаз»?

– Все еще на месте, мистер Хаббл.

– Есть тут охранник неподалеку?

– Одного я предупредил. Он в двух отделах от вас. Зовут – Миллер.

– Хорошо.

– Вот видите? Не все же мы тут – идиоты безмозглые.

– Хотелось бы в это верить.

Слышится саркастический смешок.

– Да вы сегодня в форме, мистер Хаббл!

Фрэнк, мысленно послав в ответ проклятья, снова принимается наблюдать за сценой, которая разыгрывается возле прилавка.

– А как насчет этого? – интересуется хвостатый, показывая на третий коробок из тех, что выбрал Мойл.

– А, этот. «Raj Tandoon», дорогой индийский ресторан. Первый тираж. Красивый дизайн, но, видите, тут типографская ошибка – напечатано: «Rat Tandoon» [6]. Досадная оплошность или чья‑то злая проделка? Кто знает? Так или иначе, ресторатор по понятным причинам счел, что подобная ассоциация грызуна с едой способна отпугнуть любого, и заказал новую партию спичек, а старую велел уничтожить. Однако несколько оригиналов уцелело. Их высоко ценят – они ведь почти уникальны. Но, вы, наверное, заметили, тут чуть повреждена серная полоска, а на лицевой стороне крошечная трещинка.

– Можно мне все‑таки вынуть его, чтобы получше разглядеть?

– Разумеется. Только, прошу вас, будьте очень осторожны.

– Конечно.

Хвостатый извлекает коробок из футляра и осматривает. Мойл наблюдает за его движениями с видом если не собственника, то, по крайней мере, заботливого родителя; он даже подставил ладони – на случай, если спичечница выскользнет, но покупатель, очевидно, умеет обращаться с такими драгоценными вещицами: держит только за уголки, прикасается лишь кончиками пальцев – словом, обходится с раритетом с тем трепетным почтением, которого обычно удостаиваются древние и ветхие, грозящие рассыпаться ъ прах священные реликвии.

Убедившись в том, что покупатель не повредит товар, Мойл снова поворачивается к покрытой сукном доске. Барабаня большим пальцем по губам и напевая про себя, он окидывает взглядом коллекцию. Затем решительно тянется вверх и, сняв с доски еще два футляра, кладет их перед хвостатым, который к тому времени уже засовывает «Rat Tandoori» обратно в футляр.

– Ну как, заинтересовались? – спрашивает Мойл.