– Ну как, заинтересовались? – спрашивает Мойл.

– Этим – нет.

– А могу я спросить почему?

– Мой друг предпочитает целки.

– Сэр, если вам нужен оригинал «Rat Tandoori» в девственном состоянии, он обойдется вам в сумму, которая значительно превышает названную вами, но я мог бы попытаться отыскать для вас более сохранный экземпляр. Рано или поздно он всплывет на каком‑нибудь аукционе.

– Да, всплывет, – соглашается хвостатый. – Но тогда я уж лучше сам его куплю, чтобы избежать ваших чудовищных наценок.

– В таком случае, боюсь, вам ничего здесь не подойдет, – отвечает Мойл, несколько озадаченный внезапным упрямством покупателя.

– А эти оба какие‑то потрепанные, – добавляет хвостатый, взглянув на два новых коробка, предложенные ему.

– Не забывайте, мы же имеем дело с однодневками, – возражает Мойл. – Вся привлекательность спичечных коробков в глазах коллекционера – это как эфемерность. Я уверен, ваш друг разделил бы мое мнение.

– Я уже подумываю, не лучше ли мне на какой‑нибудь другой подарок потратиться, – заявляет хвостатый. – В любом случае, спасибо вам за труды, но пока я ничего не буду покупать. – Он поворачивается и уходит.

Мойл пожимает плечами, но этот жест не может скрыть его явного смятения.

– «Глаз»?

– Да.

– Пошлите Миллера на перехват. Он направляется из «Периферии» в «Восточное оружие».

– Украл что‑то? Я ничего не заметил.

– Будем надеяться, одна из камер засекла.

Хитрый черт, думает Фрэнк, вслед за хвостатым выходя из отдела.

9.19

Хвостатый остановился полюбоваться парочкой мечей‑катана в красивых чернолаковых ножнах, и тут его хватает за предплечье чья‑то рука – чьи‑то пальцы вежливо, но настойчиво впиваются в его бицепсы.

– Простите, сэр.

Хвостатый оборачивается и видит морщинистое угрюмое лицо с глазами цвета дождливых сумерек. Он совершенно не узнает человека, которого за последние четверть часа видел по меньшей мере дважды.

– «Тактическая безопасность», – представляется Фрэнк. – На два слова – не возражаете?

Хвостатый озирается, ища глазами выход, и тут замечает охранника, который уже направляется в их сторону, Росту в охраннике больше двух метров, а талия у него такой же ширины, что и плечи; он плотно упакован в нейлоновую светло‑зеленую форму, как рубленый фарш – в колбасную оболочку.

Хвостатый начинает нервничать. Устало вздохнув про себя, Фрэнк понимает, что сейчас тот попытается сбежать.

– Прошу вас, сэр. Стойте спокойно, так будет лучше для всех.

Миллеру, охраннику, остается пройти еще десять метров, когда хвостатый рывком высвобождает руку от хватки Фрэнка и делает попытку удрать. Миллер бросается ему наперерез, хвостатый вслепую устремляется вправо и натыкается на ширму из рисовой бумаги, поверх которой разложены разнообразные сюрикены. Ширма рушится под ним, и он падает вместе с ней. Метательные звезды разлетаются во все стороны, крутясь, будто огромные стальные снежинки.

Миллер бросается вперед, но хвостатый кое‑как поднимается на ноги, размахивает одним из сюрикенов, как ножом, и огрызается:

– Не подходите! Не подходите ко мне!

Пожав плечами, Миллер поднимает руки и отступает на несколько шагов.

– Незаконное задержание! – кричит хвостатый. – Я ничего не сделал! Не имеете права!

Вокруг быстро собирается небольшая толпа любопытных.

– Я ничего не украл! – Хвостатый отчаянно жестикулирует, зажав в руке метательную звезду.