Комната и распростертая на кровати красавица были залиты золотистым светом горящих свечей, и это не могло не возбуждать Деверелла. От мысли о том, что он неотрывно смотрит на нее, Фебу бросало в жар, но ее решимость отдаться ему оставалась непоколебимой.

Взглянув на его мускулистую грудь и живот, по которому вниз спускалась полоска черных волос, на его широкие плечи, сильные руки и мощную шею, Феба затрепетала. Прежде его намерения, которые он и не думал скрывать, испугали бы ее, в ней ожили бы былые страхи, и она впала бы в панику, но сей час она совсем не боялась того, что должно было вскоре случиться.

Наконец брюки виконта упали на пол, и он предстал перед Фебой во всем великолепии своей наготы, а когда их взгляды встретились, она увидела в его глазах жадное желание овладеть ею и протянула к нему руки, предлагая любимому всю себя без остатка.

Но виконт медлил, наслаждаясь ее полной капитуляцией. Впрочем, он знал, что до победы было еще далеко: поведение Фебы было непредсказуемо, и за этой непредсказуемостью скрывалась какая-то тайна. Он понимал, что ему не удалось до конца избавить ее от страхов, причина которых была ему неизвестна, и поэтому вел себя крайне осторожно.

Встав рядом с Фебой на колени, виконт шире раздвинул ее ноги и лег на нее, а затем, приставив головку члена к входу в ее лоно, слегка продвинул член вперед и внимательно всмотрелся в лицо возлюбленной, проверяя ее реакцию.

Феба напряглась, ее зрачки расширились.

Наклонившись, Джослин припал к ее губам, и когда по ее телу разлилось приятное тепло, она снова расслабилась.

В тот же миг Деверелл одним мощным толчком глубоко вошел в ее лоно.

Острая боль, словно молния, обожгла Фебу; ее мускулы напряглись. Запрокинув голову, она ахнула и, закрыв глаза, вцепилась в предплечья виконта. Однако сознание подсказывало ей, что на этот раз он овладел ею, и теперь она принадлежала ему… Как только эта мысль пронеслась у нее в голове, боль тут же отступила.

Прервав поцелуй, Деверелл приподнялся, опираясь на руки, и Феба, почувствовав его обжигающее прерывистое дыхание на своем лице, открыла глаза. Их взгляды встретились.

– Все хорошо? – с тревогой спросил он.

Феба ответила не сразу, ее переполняли новые, незнакомые ощущения. Нижняя часть его тела припечатывала ее к постели, но это ее не пугало; она чувствовала себя с Девереллом в полной безопасности.

– Да, – прошептала она, облизнув пересохшие губы.

Сегодня Феба была удивительно молчаливой. Деверелл обещал многому научить ее и сдержал слово, открыв ей целый мир. Она и не подозревала, что существуют столь острые наслаждения, которые можно испытать лишь в объятиях мужчины.

Ни о чем не спрашивая его, она отдалась Девереллу целиком и теперь с тайной радостью усваивала его уроки.

Все удивляло и восхищало ее – жар их покрытых испариной тел, звук ритмичных влажных шлепков при соприкосновении, разгоряченная кожа – ее шелковистая и его более грубая, поросшая жесткими волосками. Любовная игра доставляла ей ни с чем не сравнимое удовольствие.

Губы и пальцы Деверелла постоянно перемещались по ее телу, исследовали его. Он касался ее лица, губ, шеи, груди, гладил и ласкал их, осыпал поцелуями. На этот раз ощущение от его прикосновений было более обостренным, ярким, поскольку Феба знала, что он больше не сдерживает себя и вместе с ней упивается ласками.

Сунув ладони под ее бедра, Джослин еще шире раздвинул их, а затем, закинув ноги Фебы себе на талию, еще глубже проник в нее, а когда она начала исступленно корчиться под ним, он хриплым от страсти голосом зашептал ей слова ободрения.

Феба глотала ртом воздух, ей было нечем дышать от накативших на нее бурных эмоций, и тут Джослин снова приподнялся над ней на руках. Ему хотелось видеть ее искаженное страстью лицо в момент экстаза, и его толчки становились все мощнее, их ритм нарастал.