- Или то, что останься я в "слабом" Мире, воспоминания мне не пригодятся, - вставила я. - Ведь шеф вполне мог удовлетвориться тем, что я жива-здорова, и ни о чем мне не рассказывать. И в этом случае странные сны были бы без надобности, а возможно и во вред.

   - А сейчас, - прищурился кард, - они должны иметь для тебя пользу?

   - Не уверена. Возможно, отец просто хотел, чтоб я знала о них. Знала то, что выросшие в нормальных семьях дети знают о своих родителях: как познакомились, как полюбили друг друга. Маленький экскурс в потерянное прошлое. А может, эти видения содержат и другую, более серьезную информацию. В любом случае, это интересно.

   Я почувствовала, что к горлу подползает предательский спазм, а на глаза наворачиваются слезы. Это не просто интересно. Это важно. Это нужно мне, потому что один коротенький сон рассказал мне об отце больше, чем Рошан и Лайс вместе взятые. Не просто рассказал - приоткрыл для меня частичку его души.

   - Галчонок? - Эн-Ферро все-таки что-то заметил.

   - Просто нужно досмотреть все эти сны до конца, - с трудом выговорила я, - и будет ясно. А сейчас иди, погуляй. Я оденусь.

   И, может, поплачу. Чуть-чуть.

   В Савр обоз не заходил - Листеку не хотелось зря платить въездную пошлину.

   - Дрянь городишко, - прокомментировал Лайс. - И правильно, что не заехали. Только время зря потеряли бы. А нам еще Рваные пустоши миновать нужно.

   Рваными назывались испещренные глубокими оврагами пустоши, начинавшиеся в нескольких парсо к северу. И обсуждая этот участок пути, обозники отчего-то нервничали. Как я поняла, опасались грабителей. Говорили, что именно там, в отдалении от городов и поселков с их стражей и ополченцами, этим летом уже было совершено несколько налётов на торговые караваны. А бандитов, несмотря на все усилия властей, так и не поймали. Ходили слухи, что те скрываются в катакомбах, оставшихся от стоявшего там когда-то древнего города, и вход в подземные тоннели известен только членам шайки.

   - Страшилки, - отмахнулся Лайс. - Каин просто не хочет, чтобы его парни расслабились и обленились.

   Но от меня не укрылось то, что он спрятал под сиденье купленный в Мискане арбалет, до сих пор лежавший в фургоне. А спустя час открылась тайна длинного холщевого свертка, который братишка приволок откуда-то в день отъезда: кард смотал бечеву и из-под плотной ткани показалась рукоять меча. Страшилки, значит?

   В этот день обоз шел без остановок - торопились пройти лихие места до наступления темноты. Первое время по обе стороны от дороги тянулись лишь поля, местами перемежаемые редкими посадками. Если верить карте, всего в десяти парсо к западу, то есть слева, был океан - тракт шёл вдоль побережья, но, к моему огромному сожалению, слишком далеко от него, чтобы можно было хотя бы увидеть воду. Только поля и чахлые рощицы. К обеду растительности вокруг нас поубавилось. Осталась разве что выгоревшая трава да невысокие кустики. Неслышно стало птиц. Повозки теперь все чаше подпрыгивали на ухабах и рытвинах, и мы вынуждены были сбавить ход.

   Дальше стало и того хуже. Ближе к ночи, когда солнце уже наполовину ушло за линию горизонта, относительно ровная местность сменилась холмами и оврагами.