|
Другие просьбы о том, чтобы впустить кого-то в комнату, она игнорировала. Лежа на кушетке, она слушала предложения матери, уговоры брата и иногда разглагольствования и крики отца, но ничего им не отвечала. Дэниэлу никогда не нравилось, когда его не слушались и делали наперекор, и всю свою жизнь она, такая невинная и беспомощная девушка, гневила и раздражала его. В данный момент Донна не могла описать всех чувств, которые испытывала к нему, но она хотела получить глубокое удовлетворение от того, что хотя бы единственный раз ее отец разгневается на нее, и на это будет веская причина. Она искренне желала отстраниться от внешнего мира и жить в одиночестве и уединении. Это было бы безопаснее и спокойнее, и она могла бы полностью посвятить себя мыслям о потерянной любви. Все, что Тимоти когда-то говорил ей, сейчас стало понятным и обрело свой смысл, она видела его объяснения в любви во всем, что бы ни происходило между ними. Таким ярким и живым стало ее воображение, что иногда Донне казалось, что она видит золотое кольцо на своем пальце и верит, что действительно стала вдовой, потеряв молодого мужа. Вечером на четвертый день у нее начались галлюцинации. Когда Кейт услышала, как дочь разговаривает сама с собой, она бросилась с лестницы, чтобы позвать на помощь и выломать дверь, как вдруг Ричард внезапно ворвался в дом.
— Где отец? — он потребовал немедленного ответа. — Его здесь нет. Я хочу, чтобы ты… Он не дослушал ее до конца, а зашагал по коридору, гневно размахивая кулаками. — Что, ты думаешь, он сделал? Он сумасшедший! Повернутый! Несмотря на то что я отговаривал его, он все-таки купил особняк Атвудов! В данный момент Кейт не заботили дела Дэниэла. — Донна больна! Ты должен подняться наверх и выломать ее дверь. Только сейчас Ричард заметил, в каком состоянии его мать. — Боже правый! Она что, до сих пор не вышла из комнаты? — Нет, и твой отец сказал, что она должна сама отпереть дверь. Ричард побежал на второй этаж, подошел к комнате сестры, чувствуя злость. Он закричал через дверь: — Донна! Это твой последний шанс! Открой дверь или я выломаю ее. Он не заметил, что Кейт не было рядом с ним. На полпути, поднимаясь по лестнице, она почувствовала такую резкую боль в боку, что в течение нескольких мгновений не могла дышать. Она облокотилась на перила, и когда боль немного ослабела, на ее лице выступил пот. Поспешно легкими движениями она стала прикладывать к лицу кружевной носовой платок, затем собралась с силами и поднялась на лестницу в тот момент, когда Ричард, потерявший терпение, всем своим весом навалился на дверь. Кейт вбежала за сыном и увидела хрупкую фигуру дочери, лежащую на кушетке. В комнате пахло плесенью, повсюду был беспорядок, щетка для волос лежала там, куда упала; Донна потеряла силы и не могла наклониться и поднять ее; перевернутый стакан с водой образовал белый след на полированном столе, а постель, подушки и одежда Донны были разбросаны по полу в беспорядке. Ричард подошел к окну, поправил занавески и открыл его, позволяя свежему морскому воздуху проникнуть в комнату. — Я вызову доктора, — сказал он, — а Донне надо хоть что-нибудь поесть. Кейт кивнула, обнимая дочь. — Повара приготовят индийский чай и желе, потому что есть тяжелую пищу ей еще нельзя. Пожалуйста, прикажи горничным поменять постельное белье, а затем мы с тобой уложим Донну в постель.
В театре за кулисами Дэниэл разговаривал с Люси. Она крепко обняла его, безумно обрадовавшись, когда услышала, что особняк продали именно ему. Затем Дэниэл сообщил Люси о том, что не зря вложил деньги в покупку дома Атвудов, так как собирается развернуть прибыльное дело, и у него уже есть отличная идея. — Истхэмптону нужна еще одна гостиница, и особняк будет служить новым отелем, в котором разместятся те люди, которые желают насладиться спокойствием и тишиной сельской местности и морским воздухом. |
