Так нежно. Так заманчиво.

Непрошеная правда приходит мне в голову.

«Потому что ты любишь меня», – понимаю я, но не говорю этого вслух.

Вот почему. Отношения между нами сильнее, чем что-либо другое. Самое человеческое, что есть на свете. Вот что заставляет меня сохранять разум.

– Алоса? – подталкивает Райден.

– У нас с тобой особенные отношения.

– Особенные, – повторяет он, усмехаясь. – В каком смысле особенные?

– Сам знаешь.

– Я хочу это услышать.

Может быть, из-за эйфории от того, что я могу оставаться собой, находясь под водой. Может быть, из-за осознания того, почему он так на меня действует. Или из-за понимания, что не важно, какое название я дам отношениям между нами, они существуют. Мне нужно только выбрать, хочу я этого или нет.

Райден был так откровенен со мной. Если я планирую что-то построить с ним, нужно отплатить ему той же монетой.

– Я думаю, ты любишь меня, – говорю я.

– Люблю.

– И я думаю, что я тоже люблю тебя.

– Ты думаешь?

– Я знаю.

Он подходит еще ближе. Одна рука скользит вверх по моей – от запястья к плечу. Он хватает прядь моих волос и накручивает ее на один из своих пальцев, прежде чем поднести к губам.

– О чем ты сейчас думаешь? – спрашивает он.

– О тебе.

Ничего не беспокоит меня и не расстраивает. Есть только Райден.

Он скользит рукой по моему затылку, чтобы приблизить мои губы к своим. Он целует меня нежно, томно, смакуя каждый миг, когда наши губы сливаются.

Я таю под этим давлением, но успеваю дернуть его за все еще влажную рубашку. Он помогает мне снять ее. Я провожу руками по его гладкой груди. Никогда не стоит прятать такой идеальный торс, как у Райдена.

Его губы скользят вниз к моей шее, и я откидываю голову назад.

Он поддерживает меня, положив руки мне на поясницу.

– А как насчет того женоподобного? – спрашивает Райден.

– Хм?

– Твой любовник.

– О, я соврала. Терпеть не могу Тайлона.

Он отстраняется ровно настолько, чтобы посмотреть мне в глаза.

– Почему ты обманула меня?

– Ты был жесток, и я хотела заставить тебя ревновать.

– Думаю, мы могли бы поспорить о том, кто действительно был жесток.

Я улыбаюсь и прижимаюсь губами к его плечу.

– Хочешь сказать, это сработало?

Вместо ответа он подхватывает меня на руки и прижимает к стене. Его губы снова целуют меня, на этот раз твердо и безжалостно. Я скрещиваю ноги за его спиной. Мои руки обвиваются вокруг его шеи.

Я едва могу дышать, но мне все равно. Для жизни мне нужен Райден, а не воздух. Всегда был нужен только Райден. Почему мне потребовалось так много времени, чтобы это понять?

Райден ставит меня на ноги, чтобы свободно прикасаться к моему телу. Его руки скользят по моим бедрам, волосам, вниз по спине.

Обычно в этот момент я уговариваю себя остановиться. Но не в этот раз. Сейчас нет причин не целовать Райдена. Нет причин не продолжать. Нет причин не доверять ему. Он – то, чего я хочу.

Я прижимаю его к стене. Я покусываю его губы, провожу по ним языком, слушаю, как прерывается его дыхание, и чувствую, как напрягаются его мышцы.

Не прерывая поцелуя, я начинаю тянуть его назад, по направлению к кровати.

Должно быть, я двигалась слишком медленно, потому что он снова поднимает меня и несет.

Опустив меня на матрас, Райден ложится на меня сверху, но поцелуи не смягчаются, не прекращаются. Этого я и хочу. Я понимаю, что шнуровка на моем корсете ослабевает.