|
Наслаждаясь покоем, они задремали еще на пятнадцать минут, потом проснулись снова. Фрона приподнялась. 208 — Я... я... трусила,-сказала она. — Нет, не вы. — Боялась, что мне может стать страшно,-разъяснила она, поправляя волосы. — Оставьте их распущенными. Сегодняшний день достоин этого. Она повиновалась, тряхнув головой, вокруг которой заплясал ореол золотых кудрей. — Томми погиб,задумчиво сказал Корлисс, вспоминая состязание со льдинами. — Да,ответила она.Я ударила его по пальцам. Это было ужасно. Но будем надеяться, что у нас в лодке лежит более достойный человек. Кстати, нам надо сейчас же о нем позаботиться. Алло! Посмотрите. На расстоянии не более двадцати футов сквозь деревья она увидела стену большой хижины. — Никого не видно. Должно быть, там никто не живет, или же хозяева ушли в гости. Вы присмотрите за нашим больным, Вэнс, а я пойду на разведку. У меня более приличный вид. Фрона обогнула хижину, довольно большую для здешних мест, и подошла к ней со стороны реки. Дверь была открыта, и, когда она остановилась, чтобы постучать, ее глазам представилась необычайная картина. Сначала она увидела толпу мужчин, занятых решением какого-то серьезного вопроса. Услышав стук, они инстинктивно раздвинулись, и между двумя рядами стоявших плечом к плечу людей образовался проход. В глубине на длинных койках сидели два ряда мужчин со строгими лицами. Их разделял стол, одним концом упиравшийся в стену. Этот стол, по-видимому, являлся центром внимания. После ослепительного солнечного света комната показалась Фроне тусклой и мрачной, но она все же разглядела бородатого американца, сидевшего за столом и ударившего по нему деревянным молотком. А с противоположной стороны сидел Сент-Винсент. Она успела заметить его усталое, измученное лицо, прежде чем к столу проковылял человек скандинавского типа. Человек с молотком медленно поднял правую руку и бойко произнес. — Вы должны поклясться, что все, что вы доложите суду...Он внезапно остановился и воззрился на стоявшего перед ним человека.Снимите шапку! — заревел он, и в толпе послышалось хихиканье, когда тот повиновался. Затем человек с молотком начал снова: — Вы должны торжественно поклясться, что все, что вы доложите суду, будет правдой, и да поможет вам бог. Скандинав кивнул головой и опустил руку. — Одну минутку, господа.Фрона вошла в проход, который сомкнулся за ней. Сент-Винсент вскочил с места и протянул к ней руки. — Фрона!-воскликнул он. — Фрона, я невиновен! Эта неожиданная фраза подействовала на нее, как удар, и мгновение она ничего не видела, кроме круга бледных лиц с горящими в полутьме глазами. «Виновен? В чем?»-подумала она и, взглянув на Сент-Винсента, все еще стоявшего с протянутыми руками, смутно почувствовала, что произошло что-то неприятное.«Виновен. В чем? Он мог бы проявить больше выдержки. Он мог бы дождаться обвинения».Она не знала, в чем его обвиняют. — Знакомая подсудимого,авторитетно сказал человек с молотком. — Предложите ей стул, вы, там! — Одну минуту...Она подошла к столу и оперлась на него рукой.Я ничего не понимаю. Все это так неожиданно...Она случайно взглянула на свои ноги, обернутые в грязные лохмотья, и вспомнила, что на ней короткая, рваная юбка, локоть вылезает из прорехи в рукаве, а волосы растрепаны. Ее щеки и шея были запачканы какой-то липкой массой. Она провела по ним рукой, и кусок грязи упал на пол. — Ладно,сказал председатель довольно мягко.Садитесь. Мы в таком же положении, как вы. Мы тоже ничего не понимаем. Но, верьте моему слову, мы собрались сюда, чтобы выяснить правду. |
