Помните, у Вячеслава Иванова есть стихи:

Я посох свой доверил Богу

И не жалею ни о чем.

Пусть выбирает сам дорогу,

Какой ведет меня в свой дом.

Глава четвертая. На чужих берегах

Крушение американской мечты

Еще за много лет до встречи со Светланой Иосифовной мы читали ее первую книгу. Тогда, в конце 60-х, она ходила по Москве в замусоленных «:самиздатовских» копиях наравне с прозой Пастернака, Солженицына, Шаламова, Набокова. Естественно, что эти кое-как сброшюрованные полуслепые машинописные копии вызывали ажиотажный интерес у читающей публики. Мы так мало знали правды о своей собственной истории, о подлинных судьбах известных людей, что интересно было любое живое слово, любое непосредственное свидетельство. И, конечно, особо притягивала возможность хоть немного заглянуть за непроницаемую Кремлевскую стену, с удивлением узнать, что и там живут обычные люди со своими страстями, судьбами, проблемами.

В Америке же «первенец» писателя Аллилуевой не имел громкого успеха. Для западного читателя в этой камерной, очень личной и какой-то целомудренной книге было слишком мало скандального, разоблачительного. Не оправдались надежды и на интимные подробности из жизни вождя и его окружения. Публику интересовали только ее отец и множество подробностей его жизни, которые в книгу не вошли.

Первый год за рубежом стал годом путешествий и поистине цыганского кочевья. Она объездила чуть не полмира: Азия, Африка, Америка. Упущенные за всю предыдущую жизнь впечатления были восполнены, и пора было становится на якорь, как-то и где-то обосновываться в этой жизни, тем более что с издателями уже была согласована новая книга «Только один год».

Светлана поселилась в тихом университетском городке Принстон, где сняла небольшой дом. Он принадлежал жене недавно умершего издателя. Писательница и музыкантша, она любила путешествовать, дома бывала редко. Это вполне устраивало Светлану, которая, по ее словам, стремилась к спокойной, уединенной жизни. Она всячески избегала общения с соседями и ограничивалась узким кругом друзей.

В декабре 1967-го она встречала впервые в своей жизни католическое Рождество. Ей запомнился этот сочельник, ужин в ресторане.

Из интервью Светланы Аллилуевой:

«Только год назад в эти дни я уезжала из Москвы. Какая вьюга мела! Поздно ночью в аэропорт меня провожал сын. Мог ли кто-то вообразить тогда, что я поселюсь в Принстоне и буду встречать Рождество за столом с новыми друзьями.

Однако, куда бы я ни пряталась, меня всюду находили и терзали. Были какие-то увлечения, которые тут же становились достоянием прессы. Меня все это раздражало, и это ничем не кончалось.»

Одним из тех людей, с которым Светлана особенно сблизилась в Принстоне, был семидесятилетний писатель-советолог Луи Фишер. Он был широко известен как автор наиболее полной биографии Ленина, пользовавшейся в 90-е годы большой популярностью и у нас. Вот ведь игра судьбы! Престарелому историку, конечно, льстило внимание дочери Сталина, а может быть, здесь были и профессиональные интересы. Как бы там ни было, роман продлился недолго, но скандальный отклик в прессе имел большой.

«Светлана влюблялась бешено, - писал журнал «Таймс». - Скандалила, приходила к женам, разбивала окна, при расставании отбирала подарки».

Не отставала, конечно, и советская печать. Известный публицист и исследователь жизни Сталина и его окружения Рой Медведев, не ссылаясь на источники, свидетельствовал:

«Светлана сняла дом в Принстоне, у нее появилась прислуга, а вместе с тем и старые привычки деспотичной и капризной хозяйки.