— Бинго. Приятно работать с умной второй половиной, — хлопает Лена по моей ладони. — Я б даже двумя руками похлопала, но руль не отпустить, хи-хи. Ну и скажи мне, мой маленький гений. С таким эмоциональным настроем, какой самый вероятный результат от любого твоего контакта в школе и со школой?

— Я буду очень остро воспринимать любые нестыковки. Даже, пожалуй, их преувеличивать. Не со зла, а просто подсознательно на них фокусируясь. — выдаю ещё через полминуты. — А положительные моменты буду игнорировать. Опять таки не со зла. Просто из-за отсутствия фокуса.

— Ну видишь, — теперь Лена пожимает плечами, не отпуская руль. — Можешь ведь, если хочешь.

— Как ты говоришь, да нет. Я б сам не справился… с анализом.

— И снова молодец, — на этот раз достаточно серьёзно говорит Лена, потом улыбается. — А почему?

— А я нахожусь «внутри Системы». Не важно, как быстро я думаю. Мне «изнутри» не были видны все детали. Я бы учитывал не все условия. И по кругу гонял бы два слагаемых. Вместо пяти.

— И снова бинго. — смеётся Лена. — Слушай, приятно. Я рада, что ты у меня есть.

— Ты себе не представляешь, насколько это взаимно…

— Мелкий, дальше я не продолжаю. С этого места ты сейчас за три минуты закончишь свой анализ ситуации сам. Вслух. А потом я обрадуюсь, что ты умный, и тебя поцелую. Потому что мы как раз подъедем к бассейну и у меня освободятся руки.

— У меня есть, что мне нравится… — начинаю думать вслух. — Если что, поправишь?

— Конечно. Не буксуй. Три минуты.

— У меня есть то, чем мне нравится заниматься. По большому счёту, это ты, бокс и НОВАЯ КЛИНИКА. Ну пока так на сегодня, — развожу руками. — Школа не является ни дорогой к этим целям, с которой я бы смирился. Как смирился с АТЛАСОМ, который прилежно зубрю. Ни удовольствием, каковым местами является плавание. Пусть и по инерции. Получается, в эмоциональном ряду, школа у меня уже в негативе. При такой эмоциональной ориентации, я изначально не буду видеть её плюсов, но буду в пять раз острее воспринимать все её минусы. Сюда добавляем, что я очень остро воспринимаю потери времени, а в школе они объективно неизбежны. Результат: я не увижу никаких возможностей, которые есть в школе. Я б даже сказал другим словом, opportunities. Оно лучше передаёт смысл, это…

— Мелкий, я говорю по-английски. Чмок. Дальше.

— Да уже всё. Я не увижу никаких возможностей, которые есть в школе. Но буду выходить из себя от каждой мелочи, которую при ином раскладе воспринимал бы снисходительно. Ну как я воспринимаю твои впадания в детство и дурачества.

— Точно, Мелкий. Бинго три раза. Можно короче. Оно, правда, про личную жизнь, но к твоей ситуации лепится идеально: когда любишь, восхищают недостатки. Когда любви нет, раздражают достоинства. Вот теперь приложи к своей школе.

С полминуты мы оба молчим.

— Только ты не подумай, что я пытаюсь тебя развернуть в сторону походов в школу после общения с директором. — поясняет Лена. — Я категорически не оправдываю ни её попустительства наркоманам. Ни отсутствие договора с тобой. Ни игнор твоей эмансипации, вернее, даже незнание о ней. Я просто хочу, чтобы ты, перед тем как будешь решать, как к ней и к школе относиться, посмотрел на них с другой стороны.

— Это с какой? — снова удивляюсь, и снова искренне.