— Все изменилось. Джози — другая.

— Джози — еврейка, — уточнил Холидей. — Происходит из древнего рода палачей — достаточно вспомнить, как иудеи поступил с Иисусом. Ей ли возражать против убийства Кида!

— А ну полегче, Док, — осадил его Эрп.

— По-твоему, жиды не убийцы?! Как-нибудь найди время прочесть Библию.

— Предупреждаю, Док…

— Чахоточному больному ты, значит, перечить можешь, а проклятой жидовке — нет? — возмутился Холидей.

— Ну все, — сказал Эрп, поднимаясь из-за столика. — С этой минуты мы больше не друзья.

— Ну вот, зачем я все это наговорил? — пробормотал Холидей, когда Эрп вышел из салуна. — Проклятье… Джози — единственная знакомая мне еврейка и она очень даже ничего, — он взял стакан и посмотрел в него на свет. — Когда-нибудь придется мне от тебя отказаться. Жаль, ты — единственное, что помогает скрасить невыносимую жизнь.

Он допил виски, покинул «Гринбэк» и по пути в гостиницу заглянул на станцию «Бант лайн». Купил билет на утренний рейс до Нью-Мексико, а заодно — свежий выпуск бульварного чтива, где главная история повествовала о Билли Киде.

7

Дилижанс «Бант лайн» остановился на границе Территории Нью-Мексико, и Холидей перебрался в обычный, запряженный лошадьми, экипаж. Ехать в нем оказалось жестче; внезапно налетели мухи и появилась вонь, да и риск нападения индейцев сделался куда серьезнее. Окружающий пейзаж стал бедней: тут и там изредка виднелись кактусы. Казалось, что здесь слишком сухо даже для змей и пауков; порой попадались выбеленные солнцем кости скотины. Холидей глядел в окно и гадал: зачем краснокожие так яростно отстаивают эти земли, а Соединенные Штаты — их добиваются?

Проехав двадцать миль в глубь Территории, остановились на станции — отдохнуть и напоить лошадей. Холидей выбрался из экипажа размять ноги… однако, заметив на станции бар, решил: черт с ней, с разминкой.

— Что пить будете? — спросил станционный смотритель, работающий одновременно и за бармена, и за билетера.

— Виски.

— Если желаете, могу приготовить чего-нибудь поинтереснее.

Холидей покачал головой.

— Что-то мне уже неинтересно.

— Как скажете, — пожал плечами смотритель. — Спорить с Доком Холидеем не собираюсь.

— Мы знакомы? — уставился на него дантист.

— Не имел чести встречать вас прежде.

— Тогда откуда…

— Пришла телеграмма, — ответил смотритель, достал бланк и прочел вслух: — «Следующим экипажем приедет Док Холидей. Оказать ему всякий почет и ни в коем разе не возмущать».

— Они там что, решили, будто я на завтрак убиваю по человеку? — вслух подумал Холидей и осушил стакан.

— Если скажете, что это неправда, я поверю, — пообещал смотритель. — Черт, я поверю, даже если вы скажете, что коровы летают, а свиньи ссут пивом.

Холидей не сдержал ухмылки.

— Давайте я просто скажу, что виски у вас дьявольски хорош, и попрошу налить еще.

— Это пожалуйста, за счет заведения, — сказал смотритель и заново наполнил стакан.

— Очень щедро с вашей стороны, — заметил Холидей. — Обязательно укажу вас в своем завещании.

— Гм, поговаривают, что вы бессмертный.