Он отошел в сторону и показал, где расположились в тот день Клэнтоны, Маклори и Билли Клэйборн, а Кид тем временем встал на место, которое перед началом боя занимал Док. Прицелился из пальца в экскурсовода и быстро разрядил воображаемый барабан, потом вернулся к Холидею.

— Пять секунд, от силы, — тихо произнес он.

«Сейчас посмотрим, так ли ты хорош на самом деле», — подумал Холидей и подозвал гида.

— Мой юный друг, — сказал он, — чемпион родео по стрельбе, меткач. Думаю, если хорошенько поприветствовать его, он с радостью продемонстрирует свое мастерство.

— Непременно, — с энтузиазмом ответил зазывала. — Как бы вы хотели устроить выступление?

— Дайте мне пять мишеней, — попросил Холидей, — по одной на место каждого из Ковбоев.

Напарник гида расставил фигурки Уайетта Эрпа и Холидея по переулку: две на высоте, две на земле и одну на небольшом бочонке.

— Отлично, — сказал Холидей, отступая на шаг. — А теперь великолепный Генри Антрим встанет на мое место.

«Проверим, сможешь ли ты поразить хотя бы три мишени».

Кид стоял вальяжно и даже не думал доставать револьвер — должно быть, не допер, ждал, пока кто-нибудь крикнет: «Огонь!» или выстрелит. Однако в следующий миг он выхватил оружие — да так быстро, что глаз не уловил движения, — и молниеносно поразил все пять мишеней. Крутанул револьвер на пальце и снова спрятал в кобуру.

— Поразительно! — воскликнул гид, собирая осколки статуэток. — Он во всех попал!

Кид поклонился аплодирующей толпе и снова подошел к Холидею. Вместе они вернулись на Фремонт-стрит.

— Ну как, я тебе не уступаю? — спросил он.

— Ты чертовски хорош, сам видишь.

— Но сравнюсь ли я с тобой? — не унимался Кид.

— Есть лишь один способ выяснить, — ответил дантист, — вот только Римский Нос и Джеронимо лишили нас этой радости.

— Как-нибудь еще выясним, — пообещал Кид.

— Как-нибудь…

Следующий квартал они прошли в молчании, потом Кид заговорил снова.

— Я был неправ.

— Насчет чего? — спросил Холидей.

— Понадобилось всего четыре секунды.

«И я, дурак, жду, пока Том и Нед изыщут способ, как взорвать станцию, снова сделать меня уязвимым для твоих пуль, — губы Холидея скривились в горькой усмешке. — Не предложить ли свои услуги Римскому Носу?»

16

— Привет, Док, — поздоровался Генри Уиггинс, входя в салун «Ориентал» и направляясь к столику Холидея. — Так и знал, что встречу вас здесь.

— Вам разве не положено заниматься, так сказать, финансовой стороной дел Тома и Неда? — спросил Холидей.

Уиггинс покачал головой.

— Они сейчас работают над чем-то крупным и сказали, что я буду их отвлекать. Вот уж не знаю: радоваться или обижаться.

— Наслаждайтесь вынужденным отпуском. Если повезет, долго он не продлится, — Холидей указал на бутылку виски. — Угощайтесь.

— Не понимаю, как вы это пьете, — проворчал Уиггинс.

— Гм, не пейте, коли не нравится.

— О, если время от времени прихлебывать по граммулечке, вреда, я думаю, не будет. Однако вы закладываете за воротник, будто завтра для вас не наступит.

— Для некоторых из нас это выражение вполне даже меткое, — ответил Холидей.