Мистер Моффат мягко возразил, заметив, что не станет притворяться, будто не понимает, что именно мисс Данстейбл имеет в виду. Действительно, возможность такого события упоминалась, но он просит не верить всему, о чем рассуждают в свете.

– Верю немногому, – парировала собеседница, однако сочла данное известие достойным внимания.

Затем мистер Моффат попытался доказать, что им обоим следовало принимать аристократические заигрывания таким образом, чтобы ни в коем случае не позволить себя использовать. Аристократы считают себя людьми высшего сорта, и знакомство с ними – величайшее достижение и главная цель жизни таких, как мисс Данстейбл и сам мистер Моффат, но и Данстейблы, и Моффаты должны вести себя так, чтобы давать взамен как можно меньше или вообще ничего. А ожидать от них будут многого, очень многого. Аристократы не позволят свету собственного величия сиять просто так, без достойной компенсации. В любом общении с Данстейблами и Моффатами они будут в первую очередь ждать оплаты, поэтому как Данстейблам, так и Моффатам важно проявлять бдительность и хотя бы не переплачивать и не отдавать за товар больше его рыночной стоимости.

Самый очевидный способ оплаты, которого потребуют от каждого из них, представляет собой брак с каким-нибудь бедным наследником аристократического рода, чтобы в дальнейшем тратить заработанные честным трудом деньги на дорогостоящие удовольствия знатного нахлебника. Чтобы защититься от коварного подвоха, необходима особая осторожность: занимающие столь двойственное положение люди должны объединяться, заключая браки между собой. Данстейблы и Моффаты способны составить прекрасные союзы и при этом не угодить в расставленные повсюду сети.

Трудно сказать, какое воздействие оказали глубокомысленные рассуждения на разум мисс Данстейбл. Возможно, она уже успела составить собственное мнение по тем вопросам, которые так всесторонне осветил мистер Моффат. Она была старше и, несмотря на отсутствие двухлетнего парламентского опыта, лучше знала тот мир, с которым приходилось сталкиваться. Однако леди терпеливо выслушала затянувшийся монолог, поняла его смысл так же хорошо, как смысл письма соперника-аристократа, и ничуть не обиделась, лишь мысленно застонала при мысли об ошибке бедняжки Августы Грешем.

И все же красноречие мистера Моффата не завоевало денег. Требовался более решительный шаг, а потому, не сомневаясь в успехе лекции, он решил усилить атаку.

Собравшемуся в замке Курси обществу предстояло вскоре расстаться. Мужчины Де Курси собирались совершить путешествие в Шотландское нагорье, а женскую половину ожидал переезд в ирландский замок. Мистеру Моффату не оставалось ничего иного, как отправиться в Лондон, чтобы заняться подготовкой опровержения результатов выборов. Мисс Данстейбл снова собралась в зарубежный вояж – очевидно, ради благополучия доктора и слуг. Фрэнку Грешему наконец-то было позволено вернуться в Кембридж, но только в том случае, если успех в отношениях с мисс Данстейбл не лишит смысла продолжение учебы.

– Думаю, Фрэнк, тебе пора заговорить прямо, – заключила графиня. – Да, я действительно полагаю, что уже можно раскрыть намерения. Вы знакомы достаточно продолжительное время, и, насколько могу судить, ты ей очень нравишься.

– Вздор, тетушка, я ей абсолютно безразличен.

– Позволь не согласиться. Как известно, наблюдатель всегда понимает игру лучше участников. Надеюсь, не боишься сделать предложение?

– Боюсь? – переспросил Фрэнк тоном глубокого презрения и тут же почти решил, что сделает: хотя бы для того, чтобы доказать, что не боится. Единственное препятствие заключалось в том, что он не имел ни малейшего желания жениться на мисс Данстейбл.

Прежде чем общество должно было расстаться, намечалось лишь одно важное событие, а именно обед у герцога Омниума. Герцог отказался приехать в замок Курси, но в некоторой степени искупил вину, пригласив кое-кого из гостей на парадный обед, который собирался устроить для соседей.