В бальном зале рядами выстроились круглые столики. Стены окаймляли мраморные колоны. В каждом углу была присобрана красная бархатная драпировка. Адам упомянул что-то о том, что раньше в этом здании находился оперный театр.

Я почти не услышала его.

Всё плохое, что может случится, обязательно произойдёт.

 — Тэсс, моя милая, ты чудесно выглядишь, — к нам с Адамом подошел Уильям Кейс.

Он поцеловал меня в щеку, а затем обернулся к Адаму.

 — Рад тебя видеть, сын.

 — Я здесь не ради тебя, — я ещё никогда не слышала в голосе моего дяди такой резкости. Когда Айви держали в заложниках, Адам попросил своего отца о помощи. Уильям Кейс отказался. Если бы я не оказалась его внучкой, если бы не предложила создателю королей сделку, Айви могла бы умереть — а Уильям Кейс не пошевелил бы и пальцем.

Адам никогда не простит его за это.

 — Ты здесь ради своего брата, — согласился Кейс, опуская одну руку на плечо Адама, а вторую — на моё. — Как и все мы.

Адам замер под прикосновением своего отца.

А я-то считала, что у нас с Айви проблемные отношения.

Кейс убрал руку с плеча Адама, но крепче сжал моё.

 — Пойдём, Тэсс, — сказал он. — Мне нужно кое-кому тебя представить.

Адам шагнул к Кейсу, понижая голос.

 — Я привёл её сюда не для того, чтобы ты мог похвастаться новым Кейсом.

Он привёл меня сюда, чтобы почтить моего отца. Последнее, чего хотел для меня Адам, была жизнь под каблуком создателя королей.

 — Всё в порядке, — сказала я своему дяде. Я бы с большим удовольствием терпела, когда мои ногти вырывали ржавыми клещами, чем позволила Кейсу выставить меня на показ перед этой толпой. Но я заметила в ней парочку знакомых фигур.

Президент и Первая Леди. Айви говорила, что она рассказала президенту об отношениях Уолкера с Даниэлой Николае. Без сомнения, президенту Нолану сразу же сообщили об утечке фотографий, но они с Джорджией ничем не показывали, что их правление находится на грани краха.

Не сводя глаз со своей цели, я позволила Кейсу провести меня от одной группке элиты Вашингтона к другой. Адам не выпускал меня из виду.

 — Я знаю, что ты затеяла, — пробормотал он, когда мы подобрались ближе к моей цели.

 — Кто? — пробормотала я. — Я?

 — Уильям, — президент Соединенных Штатов обладал властным голосом и доверительной улыбкой. Он пожал руку моего деда. — Рад тебя видеть.

Президент Нолан был отличным лжецом.

Но Уильям Кейс был ещё лучшим.

 — Всегда рад, — с улыбкой на губах и блеском в глазах ответил создатель королей. — Насколько я понимаю, вы знакомы с моей внучкой?

Его внучкой. Наверняка я была не единственной, кто расслышал в голосе создателя королей чувство собственности. Президент познакомился со мной ещё до того, как Уильям Кейс узнал о моём существовании. И президент бесспорно куда лучше ладил с Айви.

Но во мне текла кровь создателя королей.

 — Тэсс, — Первая Леди шагнула ко мне, целуя меня в щеку. — Ты чудесно выглядишь, милая.

Вы знаете, — подумала я. — О вашем сыне. О Даниэле Николае.

На её лице не была и намёка на происходящее. Она выглядела такой уверенной, элегантной и мягкой. Совсем не как королева, чьё королевство распадалось у неё на глазах. Её белое платье доходило до колен, а её блейзер украшала куда более сложная вышивка, чем на та, что на моём платье. Ни один светлый волосок не выбивается из прически, — подумала я. Но Джорджия Нолан знала. Я чувствовала, что президент рассказал ей.

Возможно, я ошибалась. Возможно, отцом ребенка был не Уолкер. Возможно, я раздувала из мухи слона.